Приговоренный к изгнанию

— А теперь давай посмотрим, как ты атакуешь вместе с магией. Без использования кристалла, только свой аспект.

Рик кивнул. Утерев лицо рукавом, он стащил с себя рубаху и бросил в сторону.

— Разойдитесь все, дайте места! — гаркнул Нокс. От засиявшего набалдашника заструилась серая дымка, превратившаяся в двух фантомов в доспехах и с мечами. — Вот твои противники, Нортон. Попробуй их победить. Готов?..

Рик крутанул мулине — центр тяжести у нового меча был сильно смещен к рукояти, и это ему не нравилось: рубящий удар получался слабым, да и лежало оружие в руке непривычно.

— Готов, — ответил Рик, и на него ринулись фантомы, управляемые оставшимся в стороне Ноксом.

Рик увернулся от первого, замахнулся мечом на другого — но в момент удара фантом оказался на несколько шагов левее, и удар пришелся в пустоту.

— Открою тебе великую тайну, Нортон, — язвительным тоном заявил Нокс. — они — не живые люди! Они могут двигаться, как я захочу!

Но Рик уже это понял: фантом, которого он пытался рубить, с каждым ударом перемещался все дальше.

«Природный луч!» — приказал Рик, и Рут постаралась прореагировать как можно быстрее, и пустила энергию опять в рукоять меча.

Хррррум! Из земли вырос второй каменный шпиль.

Послышался смех.

— Да ты не воин, ты архитектор, Нортон! — воскликнул Нокс.

А фантомы двигались все быстрей, и Рик едва успевал от них уворачиваться.

«Природная клетка!» — скомандовал он Рут, но та успела поймать лишь пустоту.

— Природная клетка! — рявкнул уже в голос Рик — и услышал хохот Нокса за спиной.

— Это ты комментируешь на случай, если вдруг опять что-то не то вырастет?..

Теперь за спиной раздался целый взрыв хохота.

У Рика от гнева даже лицо побледнело, несмотря на жару и струившийся по телу пот. Прикусив язык, он продолжал сражение.

Уклонение, выпад, природный луч — и, наконец, одного из фантомов ему удалось поразить.

Рывок — и второй фантом с неожиданной легкостью, не успев уклониться, развеялся в дым.

Рик остановился, шумно и жадно дыша. Он был готов к насмешкам со стороны Нокса, но тот почему-то даже не улыбался своей обычной ехидной улыбочкой. Рыцарь на удивление выглядел даже не серьезным, а хмурым.