Лукавый Шаолинь

Затем прижал меня к себе.

– Теперь рукопашка не стоит между нами. Я ушел из «Радомира». Уходи и ты из ушу. И мы будем вместе.

– Бранимир, хватит, – мягко сказал Никита, – отпусти Элю, прошу тебя. Она тебя уже не любит. И она наша. Поверь, мы сможем сделать ее счастливой. Я ее сделаю счастливой. Обещаю.

Любимый долго смотрел на меня.

– Эля, с кем ты? С ними или со мной?

– С ними. Прости.

Бран долго молчал. Я видела, что он пьет чашу боли до самого донышка. Я была отомщена. Но счастливой себя не ощущала.

– Что ж, я тебе больше не враг, во шинь, – Бранимир горько засмеялся, – ладно, прощай. И… держи кистень, пригодится. А еще… Еще не поднимайся на Двойные горы, кто бы тебя ни просил об этом.

– Спасибо, учитель, – я поцеловала ему руку и церемонно поклонилась.

Бранимир крепко поцеловал меня в губы и пожал руку: «Будь счастлива».

Никита и Влад смотрели неодобрительно, но молчали. Васильич протянул руку бывшему ученику:

– Браник, хватит уже ненавидеть. Ты бы тоже мог стать мон шинь, если бы поверил в себя.

А вместо этого ты променял ушу на русский стиль. Помнишь Григорьича, Волка, Аварию? Они уже все во Вьетнаме. И они нашли свой Шаолинь.

– И Авария?

– Нет, Авария вышла замуж. Но и она нашла свой Шаолинь. Повторяю тебе: отпусти Элю. У нас сейчас в клубе совсем другие порядки, и давно уже нет того беспредела, что при Григорьиче.

– Ладно, хоть я и не верю в вашу бескорыстную симпатию к Элизе, – Бран ответил на рукопожатие. – Но я доверяю ее вам, Сергей Васильевич.

И предоставляю собственной судьбе. Но если вы не сделаете ее счастливой, если попытаетсь подставить и причинить зло, я вас из Вьетнама достану. Клянусь Перуном!

Мы вежливо попрощались, но я не могла отделаться от странного чувства незавершенности, незаконченности...

И все равно испытывала жажду мести. Мне не стало легче. Боль угнездилась где-то в подреберье и готова была выскочить в любой момент.

59-61

59

А потом мы вернулись домой. И начались обычные тренировки.

Я несколько раз перезванивалась с Яром. И говорила ему о том, что истинная красота – не в боевых искусствах, а в нем самом. Яр мне не поверил и ушел из «Радомира». Вскоре я узнала, что он стал заниматься кунг-фу.

Тор все свои силы отдал исторической реконструкции. В этом деле он достиг больших высот и даже побывал на международном фестивале.

Как я и предсказывала, Бранимир вскоре женился. У него родились двое сыновей-погодков. Будущие радомировские бойцы.