Лукавый Шаолинь

Я усердно занималась и на тренировках, и дома, и в лесу. При этом, как советовал Васильич, оставила эксперименты со светлыми зонами. И не зря. Результат я ощутила довольно скоро – улучшилось самочувствие, появилась энергия, которую надо было куда-то направлять.

Иногда я позволяла себе мечтать: вот получу пояс, докажу Бранимиру, что я настоящий воин, и уйду из мира боевых искусств. Буду жить так, как хочу. Играть на флейте, гулять по лесу, ездить на ролевые игры. Но сначала Бран выпьет свою чашу боли до дна.

Мечта о мести придавала сил, ведь вскоре тупое заучивание техники мне надоело, а стоять в спарринге пока не разрешали. Владу и Тимуру некогда было объяснять всю глубину боевого искусства, они наспех сообщали основы и убегали тренироваться. Васильич же упорно меня не замечал. Лишь однажды он произнес странную фразу:

– Почему ты думаешь, что должна стать воином, чтобы выполнить свое Предназначение?

– А в чем оно, мое Предназначение? Вы знаете?

– Кому-то надо драться, кому-то молиться, а кому-то – спасать мир.

Я так и не поняла, что имел в виду Васильич. Но это было совсем не важно.

Я чувствовала себя почти счастливой, ведь шла к своей цели, пусть и крошечными шажками. Тренировки давали мне надежду.

Отношения с ушуистами складывались по-разному. С девушками и Владом я почти подружилась, к Никите и другим парням относилась нейтрально, а Тимура откровенно недолюбливала. Тренер же продолжал меня подчеркнуто игнорировать. Я и не удивлялась, потому что ничем не заслужила его расположение.

Шли дни. Наступило лето, у нас начались тренировки в Заповедных лесах, совсем недалеко от Двойных гор. В вотчине Хранителей Равновесия, карликов поутри. У меня болели мышцы от неудобных, неестественных стоек. Но я с маниакальным упорством повторяла их.

– Ингеборг– тайтен– отрантен, – шептала я названия позиций, ломая язык.

– Во шинь, – услышала я холодный голос Тимура. Мне показалось, что по стеклу царапают ногтями.

– Во шинь, – все лето ты будешь учить стойки и удары, удары и стойки.

– Во-первых, меня зовут Эля, во-вторых, меня уже тошнит от стоек, и ноги болят.

– Отдохни, во шинь.

– Эля! Я не буду больше их зубрить. Покажи мне что-нибудь другое. Например, научи махать шестом.

– Извини, во шинь, но без знания ударов и стоек мы не можем двигаться дальше.

– Я не буду их больше учить! – закричала я. Мне очень хотелось его разозлить и пробить это холодное спокойствие.