Лукавый Шаолинь

Та обещала, что больше никогда я не напишу ни одной неосторожной статьи. И что она лично будет неустанно следить за каждой буквой в газете. Хватит уже с нас мертвой женщины, которая оказалась живой. А также крамольных статей про затопление Татуры.

Я шла домой и рыдала, еще не зная, что одержала моральную победу. Множество жителей Краснокрестецка написали письма в редакцию и поделились, что Татура снится и им. Что затопленный город зовет... И хочет жить.

А Екатерина одной рукой наказала меня, другой же поощрила. После лишения гонорара я получила большую премию.

Жить стало легче, жить стало веселее. Френд продолжал выдавать ужасающие тексты. К счастью, ему хватало ума не считать себя звездой журналистики. Это был просто заводной парень, которого за дружелюбие обожала вся редакция.

– Хороший у тебя муж, Иней, – как-то завистливо сказала Екатерина.

– Хочешь, отдам его тебе?

– Хочу! А за что?

– За квартиру в Верене...

– Ха! За квартиру в Верене я найду себе тысячу таких мужиков.

Когда выпал первый снег, стало легче.

– Инна?

– Мне очень больно, что так получается. Я хочу сделать шаг навстречу, а вместо этого отхожу все дальше. Мы могли бы прекрасно сотрудничать. Но для этого придется забыть прошлое. То, что мы были когда-то друзьями, – я протянула ему руку для пожатия, но сотрудник органов перевернул ее и начал целовать – всю, от ладони до плеча.

Я отпрянула. Стало не по себе.

– Простите, у меня есть муж. Предлагаю работать вместе... Думаю, у нас получится.

– Работать и все? – спросил Вайшнавский, и глаза его нехорошо заблестели.

– И все, – промямлила я, многократно жалея, что явилась в полицию.

– Иней, да ты хоть понимаешь, что я могу тебя уничтожить? Оставить одну, без семьи, работы, жилья.

– Мне кажется, что иногда я этого хочу.

– Хочешь? Думаю, что ты мечтаешь о другом, – Вайшнавский подошел почти вплотную.

Я бросилась к двери:

– Пожалуйста, будьте человеком, не ломайте мне жизнь...

– Как же часто я слышал эту фразу, – процедил майор. – Особенно когда работал в КГБ. Иди уж... Но еще одна ошибка... И помни, ты – больше не та девочка, которую я когда-то катал на мотоцикле. Детство закончилось. Пора отвечать за свои поступки.