Лукавый Шаолинь

– Никогда я не смогу понять вас, детей девяностых. Да и вообще веренцев, помешанных на светлых зонах. Кого-то эти зоны сделали счастливее? Нет, они дают лишь кратковременную радость. И все же вы тянетесь к свету, как к наркотику.

44

А потом я стала работать в газете «Красная». Первый же день начался со странного происшествия. Кажется, что если ты родилась в Верене, то уже ничему не удивляешься. В тебе заложен ген равнодушия. Иначе как выжить в городе, вдоль и поперек перерезанном светлыми зонами, которые дают ощущение наркотического экстаза? Где восемьдесят процентов населения верит в ведьм и считает своим долгом хотя бы раз в год ходить на сеансы колдовства? Где прогулка по Заповедному лесу и Двойным горам считается такой же опасной, как переход дороги на красный свет.

Но город Краснокрестецк, закрытый от внешнего мира, умел удивлять. И пугать.

В то утро я сделала все, чтобы спрятать свою привлекательность. Шелковая серая блузка, расклешенные брюки, волосы – в пучок. Лишь бы избежать зависти и выглядеть по-деловому.

Я с удивлением обнаружила, что редакция располагается прямо в здании завода. Проклиная высокие каблуки, которые зачем-то надела, я с трудом перешагивала через опилки и строительный мусор. Меня обогнали две девушки в практичных балетках.

– Танюш, представляешь, к нам взяли какую-то веренскую понаехавшую.

– Неужели? Своих не нашлось для этой работы? – удивилась девушка лет двадцати пяти в белом берете.

– Ах, наверное, в Краснокрестецке перевелись порядочные журналисты.

Вошли в редакцию мы одновременно. Екатерина с улыбкой представила меня сотрудникам:

– Это Инна, молодой и перспективный журналист, проработавший несколько лет в качественном веренском издании.

– Очень приятно познакомиться, – улыбнулась порозовевшая девушка в берете. – Женя, корреспондент, специализируюсь на криминале.

Хотелось сказать: «Мне тоже очень приятно. Веренская понаехавшая», развернуться и уйти, но вслух я назвала свое имя и тоже улыбнулась.

В газете было девять сотрудников, из них пара менеджеров по рекламе, один верстальщик, редактор, исполнительный директор, корректор и три журналиста.

– Что ж, приступим к делу и начнем планерку, – сказала Екатерина. – Сразу скажу, этот номер был просто ужасающим. Адекватный журналист давно бы сделал себе харакири, если бы так работал.