Лукавый Шаолинь

– Ты не знаешь, как зовут жену твоего друга? – жестко спросила Хельга. – Или окончательно потерял стыд? Вы все считали Инея чем-то вроде табуретки. А честно сказать, обычной шантрапой. Какой же позор не помнить даже ее имени, не знать, что жена Френда учится в университете и станет учителем русского языка и литературы.

– Хватит! – крикнул Егерь, покраснев. – Ты добилась своего, Хельга. И даже большего, наверное. Послушай, Иней, ты ведь умеешь писать тексты? – закончил он уже тише.

– Да, мои родители – журналисты.

– Моя знакомая – редактор местной газеты «Красная». И я знаю, что туда требуются журналисты. Пойдешь?

– Конечно. Но как же я буду совмещать с учебой?

– Не волнуйся, я договорюсь, чтобы тебе разрешили работать дома.

Вдруг я почувствовала, что все изменилось. Круг перестал казаться враждебным. Люди, еще недавно равнодушно проскальзывавшие в квартиру, теперь хлопали меня по спине и дружески обнимали.

– Уж прости нас, придурков, за глупое поведение.

– Мы своих не выдаем! – подвела итог Хельга.

Дело решилось в считанные дни. Знакомая Егеря, Екатерина Валентиновна, оказалась женщиной лет сорока пяти, настолько маленькой и худой, что, казалось, ее не волновало ничего, кроме того, как бы придать себе значимости. Екатерина всегда ходила, уперев руки в бока и подняв вверх подбородок. Наверное, для того, чтобы видеть глаза собеседника, что при ее росте было непросто.

Встреча с ней проходило в одном из кафе Краснокрестецка.

– Слушай внимательно, – моя будущая начальница с размаху плюхнулась в стул. При этом произвела столько шума, сколько не могла сделать женщина ее комплекции. – Газету мы сдаем во вторник, а в среду – планерка, на которую ходить обязательно. Получаешь задание, пишешь, пересылаешь на редакционную почту. Все элементарно. Еще желательно уметь снимать, на штатных фотографов у нас денег нет. Работать надо быстро и хорошо. Запомнила?

Я положила перед ней папку:

– Это мои публикации.

На лице Екатерины появилось такое выражение брезгливости, что я мысленно окрестила ее жабой.

– Убери это. Желтая Веренская пресса меня не интересует. А россказни про поутри и псоглавцев – тем более. Мы здесь во все эти бредни не верим. И тебе не советуем. Надо жить настоящим, а не в страшной сказке.

– Это не желтая пресса, а поутри вполне реальны. И разве вы никогда не заходили в светлую зону?

– Да мне все равно. Здесь Краснокрестецк, милая.