Лукавый Шаолинь

Только тогда я осознала, что нахожусь в тюрьме. Пусть огромной, пусть с магазинами, озерами, лесами, парками и детскими площадками, но тюрьме. И почувствовала себя очень плохо. Не в силах отвести взгляд от колючей проволоки, я ощутила, как меня накрывает волна панической атаки.

А потом я побежала так, как не бегала больше никогда. К проходной. Чтобы уехать в Верену, туда, где жили мои друзья и пусть непутевые, но родители. К своей жизни и к себе самой – красивой девушке-сталкеру.

Зазвонил телефон. Оказалось, это Ёрш.

– Иннушка, пойми, если ты сейчас выйдешь из проходной, то вернуться уже не сможешь, – мягко сказал сталкер, выслушав мою несвязную речь. – Такие решения надо принимать в спокойном состоянии. Возвращайся домой, выпей кофе, посмотри комедию. Тебе станет легче.

– Я не люблю Френда!

– Я знаю.

– Я – непроходимая дура, что вышла за него замуж.

– Повторяю, Иней, не руби с плеча. Поверь, мне не безразлично, что с тобой происходит, но сейчас тебе лучше вернуться домой.

Так я и сделала. После часа рыданий жизнь не казалось уже такой страшной. Я сбегала за вином и приготовила себе просто королевский ужин: свиные отбивные с картошкой, салат, торт-мороженое, кофе, шоколадка, связка бананов и пару апельсинов. Все это я съела с огромным аппетитом за просмотром какой-то американской комедии. Опьянев и даже не убрав со стола, я крепко уснула и проспала до следующего утра.

Все произошедшее казалось сном. «И чего так испугалась забора? Подумаешь, страшилку нашла.

Весь день я не вставала с постели, просматривая ужасы про привидений. И опять ела, ела, ела в огромных количествах. За фигуру я не беспокоилась, справедливо считая, что не склонна к полноте.

Я много плакала в те дни, как будто предчувствуя, что наступит время, когда слез не останется. Ёрш. Мой татуированный сталкер… Хотя почему же мой? Не моим рукам тебя обнимать, жесткие пальцы Асмодея тебя ласкают.

От бессильной злобы я била подушку так, что перья летели. Отомстить не получилось. Мой триумф был слишком кратким. И тогда я решила быть сильной. Разлюбить Ерша и проникнуться симпатией к своему мужу. Хотя бы симпатией.

Теперь мне казалось дикостью, что я – жена человека, которого знаю два месяца, что живу в ЗАТО – Закрытом Территориальном Объединении. Я даже не могла выйти за пределы колючей проволоки. Тогда я впервые задумалась и о чувствах других людей.