Шут и трубадур

Он был высок, как сторожевая башня, и казался еще выше благодаря коническому шлему, из-под которого вырывались на волю лишь усы и борода. Облаченный в полный рыцарский доспех, он через весь зал мерил своего противника взглядом гордого вызова.

Рыцаря Фата-Морганы, целый день не слезавшего с седла и влившего в себя сейчас вина не меньше, чем любой самый пьяный из гостей, шатало из стороны в сторону, как дерево в бурю, и он не падал только потому, что держался за стол. Его доспехи вызвали бы смех у любого огнедышащего дракона или великана, на нем не было даже шлема, но его глаза из-под грязной повязки бросали такие же грозные взгляды, как глаза его противника — из-под железного забрала.

— Граф, прошу вас подать сигнал! — потребовал Рэндери у Роберта Льва.

— Возьмите шлем, рыцарь! — крикнул ему кто-то, но трубадур только махнул в ту сторону рукой — и поскорее снова схватился за стол.

— Что ж, жаль, — пожав плечами, сказал Роберт Лев и велел одному из слуг, толпящихся в дверях:

— Труби!

Слуга поднес к губам охотничий рожок, и несколько гнусавых звуков возвестили о начале схватки.

5

Едва прозвучал сигнал, как Рольс с лязгом — лязг этот был услышан во всех концах притихшего зала — опустил забрало, сжал обеими руками длинный меч и двинулся к рыцарю Фата-Морганы.

Рыцарь Рэндери не сделал ни единого движения навстречу — должно быть, он не был уверен, что устоит на ногах, если отпустит стол.

В полной тишине вдруг взвизгнула красотка, только что сидевшая у Рэндери на коленях.

В шести шагах от противника рыцарь Глории Кетской начал заносить меч над головой, и все, не выдержав, заорали, потому что рыцарь Фата-Морганы по-прежнему стоял молча и неподвижно, как будто смерть не приближалась к нему широкими шагами...

Меч Рольса обрушился на него, как меч архангела Гавриила, и лишь увидев смертоносный блеск у себя над головой, Рэндери вдруг вышел из оцепенения и неуловимо быстрым движением отразил, казалось, неотразимый удар.

Железо схлестнулось с железом и высекло короткие веселые искры.

Не удержавшись на ногах после могучего толчка, странствующий рыцарь отлетел на три шага и упал на бок, а меч рыцаря Глории Кетской до половины ушел в земляной пол.