Аристократ. Книга 2. Адепт Грязных Искусств

Я никогда не бывал в зале для торжеств, но сейчас мне придется делать вид, что я хожу сюда постоянно.

— Прошу. — Смерив секретаря многозначительным взглядом, я распахнул перед ним дверь.

***

Это было огромное помещение в зелёно-голубых тонах.

Стены и потолок украшали традиционные фрески с изображением Великой Родовой битвы: воины-адепты, молнии, огненные шары, обнажённые мечи…

Невысокая сцена с голубым тяжёлым занавесом располагалась у противоположной стены; справа блестела барная стойка из лакированного белого дерева; слева высились окна с зелёными стёклами-мозаиками.

Я ожидал, что зал будет заставлен столиками, как, например, было в банкетном зале в особняке Орриванов, но здесь всё оказалось иначе.

Посередине стоял лишь один-единственный столик, зато сервирован он был по-королевски (правда, его роскошный вид вызвал во мне тревогу: я ведь не знал даже, как пользоваться всеми этими вилками и ножами).

На столе ждал ужин.

Причём, на двоих.

Я бегло оглядел стол. По виду разгадал рыбу, цыплёнка и странного вида суп. Ещё были салаты, пирожные, напитки в нескольких графинах, что-то, похожее на котлеты, закуска в виде улиток… да всего и не перечислить.

— Действительно, спецобслуживание, — пробормотал рядом Чезаро.

— Располагайтесь, — улыбнулся я ему, махнув рукой в сторону стола.

Причем так радушно и по-хозяйски, будто это был мой личный замок и мой личный зал для торжеств.

Секретарь покосился на еду.

— Извините, мистер Ринг, но я на службе.

— Странный вы какой-то, — усмехнулся я. — Бернард приготовил ужин не только для меня, но и для вас. Камердинер он догадливый. Понимает, что вы тоже человек и можете быть голодны. Или вы думаете, что я вас отравить собираюсь? Ну-у… это было бы глупо с моей стороны. Я всеми силами пытаюсь тюрьмы избежать, а никак не наоборот.

Чезаро замялся.

— Если только немного.

Я повесил сумку на спинку стула, расположился за столом и со вздохом оглядел секретаря.

— Вы лобстеров хоть пробовали?

(Я кое-как вспомнил это слово — слышал его от Шона Ривера, своего приятеля с Рынка Нищих и, если честно, даже не представлял, как выглядели лобстеры, зато знал, что эти твари стоили так дорого, что никто из Речного квартала не мог их себе позволить).