Враг престола

И хотя находится на правом берегу, жители его всегда считали себя обитателями Срединных земель, на деле являясь вассалами герцога.

Пальтус Хилл. «Географика». Земли и народы запада

– Мой герцог? – Опустившись на одно колено, рыцарь склонил голову в ожидании ответа, но господин его медлил.

Холмы, возвышающиеся близ деревеньки Рожна, окрестный люд именовал Седыми. Обилие голубой глины в этих местах придавало им характерный цвет. Джон Редклиф подумал, что с тем же успехом их можно было назвать «лысыми». В конце концов, на пологих каменистых склонах сейчас не раскинуло ветвей ни одно дерево.

Лишь пожухлая трава да мох всё ещё цеплялись за редкие островки истощённой земли, на которой когда-то рос густой чащобный лес.

Погода была пасмурная, почти дождливая. В ясный день, забравшись на Седые холмы, далеко на юге можно было разглядеть величественную громадину Королевской пики, словно подпирающую небосвод. Сейчас же высочайшую гору королевства скрывала зловещая свинцовая дымка надвигающегося ненастья.

– Дождь будет… – задумчиво произнёс герцог.

Юго-восточный ветер доносил звуки боя. Редкие трубные сигналы то и дело разрезали какофонию из лязга стали и криков людей.

– Милорд? – переспросил рыцарь, подняв глаза.

Войска принца и графини Тибальд, узурпировавшей престол, сошлись на рассвете. Первая волна лёгких всадников юга разбилась о ряды тяжёлой кавалерии королевских сил Адаманта. Этот успех вселил уверенность в наследника престола, и он продвинул войска дальше на восток. Преследуя отступающих конников, королевские гвардейцы не заметили, как с противоположного фланга зашёл отряд лучников.

Самоуверенность принца дорого обошлась его всадникам. Потеряв четверть людей убитыми и ранеными, они сошлись в рукопашной схватке с основными силами графини до того, как на помощь успела прибыть пехота.

Задумчивым взглядом герцог наблюдал за тем, как люди в долине убивают друг друга ради амбиций своих господ, золота и туманных идеалов. Как до этого дошло? Всю свою жизнь хозяин Предела защищал королевство, и вот теперь оно само разрывало себя на части изнутри.

Он чувствовал себя обманутым. Обманутым и бесполезным.

Внизу кипело и пенилось кровавое море из стали и плоти. Страшное чудовище войны, питающееся страданиями и смертью. Человек бросался на человека, солдат на солдата. Щиты отражали удары мечей, боевые молоты пробивали доспехи. Копьё вонзалось в грудь скакуна, обрушивая его на землю, но вслед за ним падал и копейщик, сражённый стрелой или секирой.