Девять смертных грехов

– Если бы зло или добро можно было определить так просто! Нет, ты видишь всего лишь отражение смерти, след от недавно забранной жизни. Пятно яркое, значит убивал этот человек недавно, и маленькое – значит, его жертва была слаба. Я бы сказал, она даже была обычным человеком.

Я кивнул, благодаря за информацию. Судя по всему, незнакомец был не так уж и опасен, но отпускать я его все равно не собирался. Еще один шаг, и я смогу пронзить его одним слитным движением…

– Маркиза, – тихий шепот пронзил переулок. – Это я, Гастон.

– Гастон? – Паула вскочила на ноги, неудачно перекрывая обзор.

Я на мгновение потерял незнакомца из вида, а когда сделал полшага в сторону, тот уже скинул с головы капюшон и, сбиваясь, рассказывал свою историю. Как пытался выследить и выкрасть Паулу, как не смог обмануть стражу и решил засесть снаружи. Как надежда умирала, но он ждал, и вот Черная сестра на мгновение отвернулась, и ему повезло. Маркиза смогла выбраться, и он тут же пошел следом.

– Гастон, как же я рада тебя видеть, – Паула быстро обняла своего охранника, а потом развернула ко мне. – А это Мануэль де Луна, храбрый идальго и мой спаситель. Если бы не он, мне бы никогда не выйти живой из горы Моргана.

– Спасибо, молодой ишпани, – Гастон поклонился, словно спеша спрятать от меня взгляд. – Я так рад, что вы попались на пути госпоже и сделали то, что не сделал я.

Он говорил с чувством и очень искренне, но благодаря цветку голубой лилии я чувствовал, что это совсем не так.

– А как София? – Паула вспомнила про служанку, которую ударили при задержании. – Она?..

– Умерла. Сразу. Но зато не мучилась! – Гастон вскинул подбородок и, яростно сверкая глазами, уставился на свою госпожу. – Она выполнила свой долг, и я тоже готов умереть, чтобы вы жили. Пойдемте, – он ухватил Паулу за руку. – Я нашел пустой дом на улице Красных каравелл, мы сможем там спрятаться и переждать, пока не подвернется случай сбежать с острова или ваш отец не пришлет помощь.

Паула даже сделала шаг вслед за Гастоном, когда мой меч мелькнул в свете Ночной сестры и отсек руку с грязными черными пальцами.

– Что ты творишь?! – Паула повернулась ко мне, и ее начало окружать еле заметное свечение щита чистоты.

– Моя рука… – Гастон пятился и пытался что-то нащупать другой у себя в кармане.

– Кого ты убил? – я сделал шаг вперед, отодвигая мечом ладонь незадачливого охранника.