Пламенный союз

— Ну и сколько ты просадил на этот раз?

— Я сегодня не играл, — обиженно произнёс собеседник и сделал глоток прямо из горлышка бутылки. — Вернее, не был в игорном доме. У Паукова в квартире собирались студенты. Играл я, разве что, в бильярд с одной милой дамой, Ромашкиной. Удивительно, но я никогда раньше о ней не слышал...

— Судя по твоему состоянию, ты туда не ради бильярда заявлялся, — заметил Василий, осуждающе глядя на него из-под очков.

— Не собирался я пить! Ромашкина уехала, и мне стало так грустно, — Александр снова прижался губами к горлышку бутылки.

Не в силах больше смотреть на это, Василий отобрал у брата вино, отчего тот удивлённо захлопал голубыми глазами.

— А как зовут эту Ромашкину? — вдруг тихо спросил Паша.

— Не расслышал, когда ее представили, а переспрашивать было уже неловко... — задумчиво произнёс Александр, внезапно заинтересовавшийся гигантской хрустальной люстрой, которую он, запрокинув голову, принялся разглядывать.

— Он хоть до комнаты своей добраться сможет? — шепотом спросил у Василия мальчик, потянув его за рукав.

— Я в этом не уверен, — проворчал царевич, и, взяв брата под руку, направился укладывать его спать.

♟♟♟

После происшествия с Маской прошло три дня. Тайная служба не обнаружила на месте происшествия новых чудовищ, и о том чтобы они появлялись в других районах столицы Василию тоже не докладывали. Несмотря на это, царевич всё ещё придерживался мнения, что игнорировать тот инцидент было нельзя.

Получив наконец одобрение Императора, Василий направился к Паше, намереваясь сообщить ему свой план.

Комната мальчика находилась в наиболее отдалённой и тёмной части дворца. Сам Паша неоднократно говорил о том, что был бы не прочь вовсе поселиться в подземелье, и царевич никогда не понимал, шутит он или говорит всерьез.

Постучав в небольшую дверь и услышав приглушенное «Заходите!», Василий прошел в маленькую, темную и душную комнатку. Жаркий воздух наполнял густой запах самых разных трав, которые сушились на развешанных повсюду наподобие паутины, веревок.

У маленькой печки, склонившись над котелком, стоял Паша, осторожно помешивающий какое-то зелье.

— Да, я тут не проветриваю, — сказал мальчик, не отвлекаясь от своего занятия.

Василий не нашел, что на это ответить, и спустя несколько секунд его недоуменного молчания, Паша добавил:

— Ну... ты просто постоянно это спрашиваешь.

Царевич снова ничего не ответил, только оглянулся в поисках места, куда можно было бы сесть. В жилище друга царил настоящий хаос.