Борцы с нечистью. Том 2 (с иллюстрациями)

Когда Лёха пережил слитный залп, то в бане наступило затишье. Тогда юноша осмелился бросить взгляд в другой конец помещения.

Одна только грудастая Евдокия стояла лицом к Лёхе, без стеснения уперев руки в бока.

– Ну, чаго развалился на полу, – невозмутимо сказала великанша, изучающе осматривая юношу с головы до ног. – Поднимайся и делай свои дела, ради которых пришёл.

– Нет, не надо своих дел! – раздался писк из-за широкой спины Евдокии, в котором Лёха с трудом узнал голос Ирины. – Уходи, пожалуйста!

Опомнившись, Лёха на четвереньках заскользил к выходу.

В сей день не только в бане было жарче, чем обычно. Позже гнев и ругань матушки настоятельницы были до того горячими, что Лёха не удивился, если бы от её лица повалил пар.

Он постарался выйти на болевой рычаг локтя, но соперница быстро раскрыла уловку и заблокировала атаку. Из-за неудачной попытки Лёха потерял удобную позицию, и оказался в положении бокового контроля*. Отсюда Василиса захватила руку юноши в замок. Лёха, конечно, пробовал изворачиваться и брыкался, но девушка плотно прижала его грудью к полу.

А довершила дело «кимурой»*. Как только сустав прорезала острая боль, юноша в знак сдачи похлопал по спине послушницы.

* Боковой контроль (Side control)

Для верхнего борца это одна из самых выгодных позиций, в которой легко удерживать противника и откуда можно выходить на разные болевые и удушающие.

* «Кимура» или обратный узел руки (Kimura lock)

Болевой, на который можно выходить из самых разных позиций, не только из бокового контроля.

Приём получил название по фамилии величайшего японского дзюдоиста. В ММА и других видах спорта были известные случаи, когда бойцы, попавшиеся на этот приём, не сдавались, что оборачивалось сильными переломами.

– Блин, опять попался, – буркнул Лёха, потирая локоть. – Могла бы поддаться там, подольше полежать на мне, чтоб я что-нибудь ещё попробовал.

– Ничего, ты здорово прибавил за последнее время, – она поднялась на четвереньки, всё ещё нависая на юношей, так что рыжая коса щекотала его нос.

– Без всяких поддавков неплохо борешься.

Лёха по-прежнему проигрывал послушницам что в борьбе, что в «ударке», однако слова Василисы были отнюдь не лестью: он поднаторел в технике, а потому всё реже попадался на болевые или удушающие, увереннее удерживал выгодные позиции в партере, а в стойке перестал показывать себя мальчиком для битья. Юноша умудрялся уже не просто достойно обороняться, но даже огрызался опасными ударами.