Я не желаю нагибать!

Это определенно были рабы: об этом говорили и золотые ошейники, надетые на пернатых, и их крылья... Точнее, отсутствие крыльев. Было видно, что когда-то у этих тварей были крылья, но их отрезали, так что теперь у каждого из пернатых за спиной торчало по два отростка с уродливыми рубцами, оставшимися от человечьего ножа.

Очередное доказательство жестокости человеческой расы.

— Это парящщщ-щие, — шепнула мне в ужасе Дар, — Я слыхала истории о них, но раньше никогда не видела. Гордое горное племя!

— Ага, заметно, — хмыкнул я, наблюдая, как парящие орудуют лопатами, — Гордость так и прёт.

Парящие подозрительно поглядывали на нас с Дар, но когда мы подошли ближе, работы не прекратились. Зверолюды упорно делали вид, что не замечают нас.

— Здорово, орлы! — поприветствовал я парящих. Совесть кольнула меня, мол, издеваюсь над бескрылыми, но быстро утихла.

Орлы в ответ замерли на миг, отвесили мне едва заметные поклоны, а потом продолжили работу. Клюва никто из них при этом так и не раскрыл.

— Вы немые, что ли? — поинтересовался я.

Орлы снова не ответили. Но один из них вопросительно поглядел на товарищей.

— Буди, — сказал один из парящих, но не мне, а одному из своих.

Язык парящих напоминал птичий щебет, звуки в нём были такие, что их вряд ли смог бы выговорить даже дипломированный логопед. Тем не менее, я этот язык понимал, моя способность к игнорированию лингвистического барьера работала бесперебойно.

— Кого вы собираетесь будить? — спросил я орлов.

Я забеспокоился.

Чудовище и правда тут было. Правда, оно оказалось не настоящим монстром, а просто лесополосным чудовищем. Типа тех, которых полно у нас в России в лесополосе каждую пятницу вечером.

Из окружавших дорогу пшеничных полей вылез какой-то бородатый алкаш: один из орлов пошёл и растолкал его, чему алкаш был явно крайне недоволен. Одет человек был богато, но неряшливо. В руке он держал литровую бутыль какого-то пойла.

Парящий, разбудивший пьяницу, молча указала на меня алкашу одной из своих четырех рук.

— Да вижу я! — выругался бородатый любитель выпить, — Давай, возвращайся к работе, падаль!

Алкаш пнул парящего, и тот поспешил снова схватиться за лопату. Точнее, за лопаты, ибо копал он сразу двумя.