Тень ассасина

-- Значит, ты преодолел свой страх, Сахим?

Мальчишка замялся – ему явно было страшно, он не понимал, чего хочет от него этот бритый воин, который даже сидя был выше него. Наконец, он придумал ответ:

-- Не совсем…

-- Ступай на место, -- коротко приказал бритый.

Гала смотрела на вернувшегося мальчишку с боязнью и восхищением. Он был старше ее года на два-три, на голову выше, и его поступок в глазах девочки выглядел совершенно героически. А то, что демарш не принес результата, малышка была еще не способна оценить.

Ночью случился серьезный переполох. Гала проснулась от шума. В еле тлеющий костерок подкинули полено и один из солдат, держа за плечо Сахима, толкнул его к ногам вскочившего со своего тюфяка Наса. Тот выдохнул, закинул выхваченную кривую саблю, тускло блеснувшую в свете костра назад, в ножны, и, глядя в лицо солдата, вопросительно поднял бровь.

-- Пытался сбежать, господин.

-- Далеко ушел?

Солдат чуть помялся, но врать не рискнул.

-- До второго круга, господин.

Бритый нахмурился, без всякого раздражения глянул на замершего Сахима и равнодушно сказал:

-- По пять плетей каждому.

Солдат чуть замешкался и уточнил:

-- А если он не выживет, господин?

Нас равнодушно пожал плечами и улегся на свое место.

От шума проснулись не все дети. Но когда Сахиму связали руки, и кинув прямо на утоптанную каменистую почву, первый раз стегнули плетью, его визг разбудил, похоже, все окрестности на многие лиги. Гала зажмурилась, не в силах смотреть на такое, и попыталась закрыть себе уши руками, но даже сквозь них слышала вой.

Еле стоящего на ногах мальчишку просто толкнули на его тюфяк, где он и остался лежать, тихо поскуливая. Солдата из первого круга связывать не пришлось – ему дали в зубы рукоятку от такого же хлыста, каким и нанесли ему пять ударов, вызывая только глухой стон.

Сухие щелчки кнута и новое понятие -- число «пять», Гала запомнила первым и на всю жизнь.

В пути провели еще два дня, повозки все время шли в гору, хоть и не слишком крутую. Местами дорога была недавно отремонтирована – убраны крупные булыжники, размытые ямы засыпаны щебнем.

Сахим заболел и сутки провалялся без сознания. Дети не слишком понимали, что с ним делать, поэтому в телеге вокруг него, хоть и с трудом, образовалось некое пустое пространство. Все теснились, стараясь не дотронуться до горевшего тела. Кто-то брезговал, а кто-то, пусть и не понимая, опасаясь заразы.

В обед, как обычно, ненадолго остановились, чтобы дать роздых коням и сходить в туалет.