Путь Хранителя. Финал

Уперевшись острыми краями, он беззвучно рассекал стены, будто масло и неумолимо несся на меня.

Не найдя решения лучше, я сжал левую руку в кулак и пустил в нее последние остатки частиц воздуха в своем теле, приправил это тремя сильнейшими усиливающими техниками и ударил в собственную грудь. Накопленные в ладони частицы взорвались словно воздушный шар, сбив мою траекторию и раскрутив тело.

Одновременно с этим, я пустил дополнительную порцию концентрированного потока по своему телу и начал принудительно выгибать тело в безопасную зону, используя для этого не усиленные мышцы, а чистую энергию.

Кости захрустели, все тело отозвалось дикой болью на мою затею, но это был мой единственный шанс выжить. Сломав себе пару десятков костей и порвав кучу связок, я согнул тело там, где оно не должно сгибаться в надежде уйти от смертельной атаки.

К этому моменту лазурный серп разросся во всех направлениях настолько, что непокрытым осталась лишь маленькая область, в которую я и направил свое выгнутое тело.

Воздух свистел в ушах, обжигающий жар расплавил мой защитный конструкт еще на подлете серпа, и я окончательно убедился, что Амулет от прямой атаки этой энергии защитить меня не сможет.

Невыносимый жар окутал все мое тело и мгновенно сменился въевшейся в самый мозг острой болью, пробившей ментальную технику. Не сдержав крик, я инстинктивно схватился за грудь и осознал, что еще жив.

Не ведающий никаких преград на своем пути лазурный серп пролетел мимо меня, беззвучно рассек потолок, пробил дыру в пространственном кармане и устремился дальше.

Если потолок карманного измерения, защитный конструкт которого настраивал лично Михаил Вельяминов не смог даже замедлить эту лазурную хреновину, то боюсь Москва скоро недосчитается пару сотен тысяч своих жителей. А если серп продолжит расширяться и дальше, то и того больше.

С такими заботливыми покровителями человечество может спать спокойно. В земле.

Я приземлился на ноги в пяти метрах от первого Оракула. Тварь, которая только что обрекла на смерть тысячи невинных людей, совершенно не изменилась в лице и не источала никаких эмоций.

Без единого слова, старуха начала медленно замахиваться обеими костлявыми руками разом. Глубокая рана на груди шипела и кровоточила, слегка обгоревший Амулет безостановочно вибрировал, продолжая тянуться будто магнит к... стоп. А ведь тянется он вовсе не к первому Оракулу...