Путь Хранителя. Финал

а что, если он не тянется, а указывает?

Инстинкт подтвердил мою догадку и тело само скользнуло в узкий темный проход, который успела создать Катя Богданова.

Если это не сработает, то мне точно конец, ведь жар от летящих за мной серпов уже прожигал мне спину, а впереди меня ждал тупик.

Глава 6

Все мышцы ломило от перенапряжения, дыхание сбилось, поврежденные кости сращивались на бегу, но это все не имело особого значения, если моя затея не сработает.

До атаки старухи, Катя Богданова успела слегка отодвинуть стены и дала мне шанс, открыв такой знакомый узкий коридор.

Нырнув в этот тупик, я потерял любую возможность уклониться от серпов. Однако, я старался об этом не думать. Мчась на пределе возможного, я всеми силами пытался отыскать в кромешной темноте искомую черную лужицу.

— Вот ты где, — пробубнил я на бегу, сорвал с шеи Амулет матери, и обвязал его вокруг ладони, — надеюсь сработает.

В прошлый и единственный раз, когда мне удалось проникнуть в тонкий мир физическим телом, я соприкоснулся с нейтральной хаотической энергией внешней стены вихря.

В момент того безумного прыжка в смерч, Амулет точно также как и сейчас, вытянулся вперед меня и, коснувшись хаотической энергии, перенес меня в тонкий мир. Не знаю, это был такой механизм защиты, необходимый триггер или еще что, но в прошлый раз это сработало.

И я нутром чувствовал, что сработает и сейчас.

Лужа хаотической энергии оставшаяся после смерти боярина Морозова все еще источала зловещий смрад самой бездны, но вариантов у меня все равно не было.

На полном ходу, я скользнул в подкате и вытянул ладонь с обмотанным вокруг Амулетом матери перед собой. С широко раскрытыми глазами, я не сводил напряженного взгляда с хаотической дымки, будучи готовым в любой момент одернуть руку.

Почуяв приближение жертвы, черная вязкая жидкость, будто живая, приподнялась на двадцать сантиметров и образовала куполообразную сеть, будучи готовая впиться в добычу.

Оглушающе звенящая тишина ударила в мозг. Разом исчезли все посторонние звуки и запахи. Стихла боль, с языка испарился стальной привкус крови. Сковывающее тело давление могучей силы сменилось на чувство свободы и легкости.