Свершение

Ее мировоззрение давало все более глубокие трещины, переворачивая ее представления о людях с ног на голову.

– Располагайтесь. – Ермек приподнял полог соседней с Талис юрты. – Отдохните с дороги, а вечером, после молитвы, отец приглашает нас к себе.

Наскоро перекусив приготовленного для них угощения, утомленные дальней дорогой Натан с Маркелом тут же завалились спать, а Матвей, обрадованный выпавшей возможностью хотя бы немного пообщаться с Талис, поспешил на встречу с ней.

Приставленная к юрте охрана все тех же девушек-воительниц не стала препятствовать его визиту и, нырнувший в проем Матвей, тут же оказался в объятиях несравненной Талис, сияющей от счастья оказавшись рядом с любимым.

Ничуть не смущаясь присутствия няни, она прильнула к его груди, подставляя свои нежные губы для их первого настоящего поцелуя.

Неизвестно как долго они предавались своим чувствам, покрывая лица друг друга то легкими, то жадными поцелуями, наслаждаясь прикосновениями рук и запахом волос, упиваясь нежностью слов и…

Осторожно вошедшая няня беспощадно прервала их головокружительное уединение.

– Матвей! – позвала она. – Матвей. Тебе пора. У входа тебя ждет Ермек.

Талис раздосадованно всплеснула руками и снова обхватила шею Матвея, словно тот уходил навсегда.

– Я хочу, чтобы ты всегда был рядом! – едва слышно шепнула она на ухо юноше. – Всегда!

Как же ему хотелось ответить тем же! Разве он желал иного? Но...

Лишь только Матвей с Ермеком шагнули внутрь огромного ханского шатра, степняк тут же опустился перед отцом на колени и склонился до самой земли, приветствуя, таким образом, хана и выказывая ему свою полную покорность.

Вслед за ним и Матвей поклонился в пояс.

– Приветствую тебя, Великий хан! – произнес он. – Волею судеб я случайно оказался в твоих владениях и потому не приготовил достойных даров. Надеюсь, у меня будет возможность исправить эту несправедливость в будущем.

Величественно восседающий на высоком помосте хан повелительно приподнял руку, призывая гостя к молчанию.

– Добрая весть – больший подарок, чем самое богатое подношение.

– Произнес он бесстрастным голосом. На его непроницаемом лице на мгновение мелькнула радостная улыбка, когда он бросил короткий взгляд на кинжал дочери, торчавший из-за пояса Матвея.

Не произнеся более ни слова, он жестом пригласил вошедших занять свои места за широким, круглым, низким столом, уставленным всевозможными яствами и напитками, за которым безмолвно сидели еще несколько человек, приближенных хана.