Грешный маг

— А у тебя богатый на это опыт, а, страж, не достигший даже первого посвящения? — улыбнулся на это Салкард.

У Бедивера от злости свело скулы, он крепче сжал меч и приставил его конец к шее беглеца. То, что кулон болтался на груди, а не был впаян в спину, считалось позором для его возраста, и маг удачно попал в больное место.

— Достаточно, — сказал алькальд, — чтобы понимать, кто ты такой, грешный маг.

— О, неужто? — ответил Салкард, осознавая, что нарывается. Вся ситуация и скалящаяся тень выпускали на волю диковатого уличного мальчишку, которого не смогли полностью изгнать ни белокаменные дворцы, ни ученые писания.

Бедивер повел рукой, и клинок высек первую кровь. Шум цветов стал громче, а куклы из медленного танца перешли на дикие пляски. Ладони тени обвивали уже чужие колени. Маг мог попытаться позвать ее громче, но тогда подозрения алькальда бы подтвердились, и к нему бы присоединился еще и церковник, а поддержка Охрида была беглецу нужна, если он хотел вернуться в Капитолий и встретиться с Корделией.

— Брось это, твои подозрения беспочвенны. Уверен, всему найдется прекрасное объяснение, — преувеличенно спокойно сказал Салкард и широко раскрыл руки, дав мечу углубить порез, тем самым продемонстрировав свою беззащитность. — В любом случае, с нашей ситуацией разобраться можно будет позже. Предлагаю сперва выбраться, чтобы не беспокоить покой святилища.

С каждым его словом кулоны вспыхивали, чувствуя чужую магию. Доносившийся сверху свет померк, оставив их в темноте, нарушаемой слабым сиянием цветов и одиноким огоньком светильника Лихтэрда. Перезвон травы смолк.

Бедивер атаковал, но Салкард отклонился назад. Шаг за шагом они уходили от тропинки, маневрируя среди танцующих фигур, начавших тихо петь. Трава хрустела под ногами, но стала терять свой яркий цвет, будто выцветая от жара.

— Постойте! — кричал им вслед церковник, но алькальд его не слушал.

Арбор звал стража, распаляя обычно подавляемые чувства. Ладони тени лежали уже на груди Бедивера, и оставалось стражу недолго, а после него настала бы очередь и мальчишки, который нужен был магу живым.

— Стоять!

— Он прав, это святое место! Бросьте!

— Ваше...

— Бедивер, я Вам приказываю, как Охрид и старший адепт.

Алькальд замер и внимательно вгляделся в лицо церковника.