Ингви фон Крузенштерн 2

Хотел просто в губы, но пылкая как вулкан Марина, тут же разомкнула уста и я не устоял перед соблазном глубокого поцелуя. Страсть опьяняет.

Наконец оторвавшись, заглянул ей в затянутые поволокой желания глаза.

— Морена, у меня есть одно крайне важное дело. Ты простишь меня, если мы уединимся для более детального обсуждения моих способностей позже?

— Котик, разве я могу сопротивляться твоей воле? — промурлыкала девушка и меня обожгло острое желание быть с ней. — Но куда ты опять? Я же волнуюсь. Каждый раз ходишь по краю пропасти.

— В лесу, где были призраки, остались лежать убитые ими мальчик и девочка. Их надо снести до родной деревни. Пусть похоронят. Да и сказать, что больше угрозы нет.

Она удивлённо захлопала глазами.

— Может тогда и я с тобой? Ребёнка-то утащу, меня вот старик тоже гоняет, — и она показала напряжённый бицепс.

Я улыбнулся милому виду, призадумавшись. В принципе, причин для отказа нет.

— Хорошо, моя покорная стихия, пойдём.

— О, Боги! — прикрыла она рот. — Я от твоей улыбки теряю силу в ногах.

Склонился поцеловать ей руку.

— Игорь, только давай сначала пообедаем?

— Конечно. Выбирай, — повёл я рукой, ведь кругом полно заведений.

— Я хочу в Королевский Осетр, можно? — посмотрела она умоляюще.

— Ещё бы, — криво усмехнулся я. — Даже ума не приложу куда потратить деньги. Как-то они подозрительно быстро прибавляются.

— Не слишком ли ты подозрительный, Котик?

— Может и слишком. Только давай мы не будем переодеваться?

— Но ведь нас не пустят! — изумилась она.

— Да щас! Смотри!

Я уверенно двинулся к парадному входу в ресторан.

Королевский Осетр носит такое название неспроста, здесь предпочитают утолять голод очень именитые люди, поэтому всё, начиная от изысканного фасада и заканчивая уборной с удобствами, сделано по высшему разряду. Лучше только у Императора и глав могущественных семей, вроде графа Александрова.

У входа стоят двое служащих. Нас встречают улыбками и осторожным, но намекающим взглядом на одежду.

— Уважаемый, — оборвал я приветствие одного из них, — мы, как видите, не при параде, но крайне голодны и обедать в менее достойном месте не намерены.

Проводите нас в комнату для особых гостей.

— Господин, для этого мне нужно…

— Пожалуйста! — положил я ему в ладонь золотой.

Он удивлённо оглядел внушительную монету, озарился улыбкой и отвечает:

— Ваше благородие, прошу меня простить за грубость. Не соблаговолите ли проследовать в ожидающую вас комнату?

От такой патоки пчёлы бы опьянели.

— Соблаговолю, ведите.