Стигма ворона

В каждом из них содержится частица очень вкусной энергии, которой не так-то просто найти замену», — проговорил дух.

Утро звенело надвигающимся зноем, и Эш спрятался в тени деревьев, чтобы дождаться Магура.

Наконец, стражник появился возле зиккурата.

— Ну и кого тебе надо закопать? — простодушно спросил он у Эша, когда тот подошел к нему.

— Да нет, в этот раз никого закапывать не надо, — усмехнулся парень. — Мне бы поговорить кое с кем.

— А я тут при чем? — удивился Магур.

— Понимаешь, это человек.

Улыбка исчезла с лица молодого стражника. Он выразительно присвистнул.

— Ничо так у тебя желания. Какие вообще дела у тебя могут быть с кем-то из них, они ж из Внутреннего круга?..

Эш усмехнулся.

— Ты хочешь историю моей жизни узнать, или денег заработать?

Магур задумчиво почесал затылок.

— Сколько?

Эш молча подкинул на ладони монету в одну мину.

У стражника загорелись глаза.

— Что ж, дело-то хорошее... — проговорил он, не сводя глаз с монеты.

— Я заплачу.

Стражник опять почесался и, приблизившись к Эшу, спросил, понижая голос.

— Знаешь, где старая тюрьма?

— Нет.

— Иди сейчас воон туда, до самой стены. И двигайся вдоль нее направо. Понял? Там идти в общем-то недалеко, сам увидишь. В упор не подходи, я сам к тебе выйду и проведу.

— Хорошо, — кивнул Эш, и направился к стене.

— Эй, а деньги?! — окликнул его Магур.

— Расплачусь, когда дело сделаешь! — ответил Эш, ускоряя шаг.

Вдоль городской стены тянулись бесхозные заросли одичавшего сада. Среди старых яблонь и груш со сливами поросли молодые березы и осины, тропинки терялись в высокой тропе.

Наконец Эш увидел небольшое хмурое строение с черно-серыми каменными стенами и крошечными решетчатыми оконцами, Эш почувствовал, как мгновенно похолодели его руки.

Сейчас еще можно было остановиться.

Он понимал, что если зайдет дальше, то возврата уже не будет.

Вот только он не хотел останавливаться.

Этот город получит свою кару, а убийцы детей — возмездие.

А приговоренные к медленной и мучительной смерти под бряцанье праздничных кружек примут от его рук легкую и быструю казнь.

Конечно, это не тот поступок, которым можно гордиться. О таком никогда не рассказывают своим детям.