Стигма ворона

А чего бить-то? Нечего было девку молодую брать! Бабы — как земля. Ежели мочи нет вспахать, как следует — так и браться нечего.

— И что теперь будет? — спросил у старика Эш.

— А ничо не будет. Докажут если, что сам он — штраф платить скорняку придется. Отцу ее, и синьору...

— Понятно, — хмыкнул Эш.

И, словно вспомнив о чем-то важном, обернулся к Магуру.

— А я на клинок новый денег скопил. Получше, чем у тебя будет.

— Да ты че, — заулыбался молодой стражник. — А ну покажь!

Эш достал свой нож.

Магур рассмеялся.

— Прости, приятель, но тебя надурили! Это ж мутный нож Хэна! Он несколько лет назад наковал таких и потом бегал по городу, как полоумный, и пытался всем доказать, что это потемневшее говно — лучшая сталь! Кричал, что каждый из них он неделями чуть ли не кровью своей закалял — весь город хохотал над ним, а мы мальчишками, как щас помню, бегали на кузню дразнить его.

За разговором они отходили все дальше в сторону от ворот.

— ... А потом этот хлам у него за медяки перекупил Инар — на перековку.

Негодование вместе с досадой и жалостью к кузнецу захлестнули Эша.

— Ну и дураки, — выпалил он. — Смотри внимательно, Магур — это настоящая змеиная сталь, и лучше нее если что-то и есть, то я об этом не знаю. И если это сделал Хэн, то он великий мастер. А Инар — хитрая жопа, нагревшая руки на его мастерстве и вспыльчивости...

«И на вашем невежестве» — чуть было не добавил Эш, но удержался.

Стражник рассмеялся.

— Ну, если ты чего-то не знаешь — это, знаешь, еще ничего не доказывает, кроме того, что тебя надурили на деньги! И неважно, кто это сделал, Хэн или Инар.

Зыркнув на стражника у ворот, Эш тихо проговорил.

— Дело есть. Поговорить бы.

Магур прищурился.

— Ну я понял, что ты неспроста ножичком похвалиться пришел. Через четверть часа, у зиккурата.

Эш кивнул, и, громко попрощавшись, направился прочь.

— Одного я никак не пойму, — полушепотом проговорил он себе под нос, топая к месту встречи.

«Может, вместо того, чтобы задавать глупые вопросы, ты просто научишься думать? — прохрипел ворон. — В чем, по-твоему, принципиальная разница между смертниками оттуда и местными каторжниками?..»

Эш остановился.

— Посвящение акадам. Смертники из Внутреннего круга несут на себе печать Великих акад, и это нравится диким духам.

«Верно.