Стигма ворона

А стража под предводительством бархатного чиновника и латника на коне взяли в кольцо телегу с живым грузом стигматиков, пытаясь оттеснить ее в сторону и атакуя высокого воина, выполнявшего роль возницы.

Высокий уже дошел до стадии преображения. Его коричневую кожу покрывали наросты и шипы, огромные желтые глаза светились зеленым вертикальным зрачком. На спине и плече стигматика виднелись глубокие раны. Он отчаянно метался вокруг телеги, со свистом раскручивая перед собой два боевых топора на длинных рукоятках. Стражники шарахались от него, и тут же другие нападали сзади, ступая по телам своих мертвых соратников.

А в освещенном круге, как на ристалище, между тем сражались четверо.

Потемневшего Дария с бугристыми бурыми руками Эш узнал сразу. Он сражался с другим мечником, пластичным и вертким, как кошка. Дар ревел, наступая, а тот уклонялся, не успевая контратаковать.

Но все внимание Эша сейчас приковывали вовсе не они. А чудовище, которое сражалось со вторым мечником.

Если бы не пылающие знакомые метки, Эш никогда не опознал бы в этом существе Шеду.

Она словно стала на три головы выше из-за козлиных ног. Кожаная безрукавка расстегнулась, выпуская наружу не только две мягкие окружности груди, но и покрытую пучками рыжеватой шерсти звериную мускулатуру. Плечи налились силой, а в кудрявой гриве волос проступили рога. Хлыст в ее руке яростно щелкнул, оставляя отметину прямо поперек безобразной, по-волчьи вытянутой вперед морды противника. Тот взвыл, отскочив в сторону...

Эш вжался спиной в мокрые кирпичи оказавшегося позади здания.

Что происходит? Какого рожна они вообще влезли в эту драку?!

Но разбираться сейчас было не время. Хотелось вырваться вперед, на площадь, вмешаться в бой...

Но там от него никакой пользы не будет. Нужно действовать с расстояния.

Эш сорвал лук со спины и попытался прицелиться хоть в кого-нибудь из противников.

Но от волнения у него дрожали руки, а сердце стучало так сильно, что каждый его удар сбивал Эшу прицел.

Разыгравшееся пламя в крови мешало ему сосредоточиться и выстрелить.

«Тебе никогда не стать хорошим стрелком, Эш», — говорил его учитель. «Горячность дает силу разве что мечникам. А лучнику она отрубает руки и выкалывает глаза...»

И тут Эш понял, что его собственное сражение разворачивается сейчас вовсе не со стигматиками, а с самим собой.

Его враг — горячность.

Стрелок должен быть холоден. Выдержка, спокойное биение сердца, ровное дыхание.

И пусть Эш на самом деле не обладает такой выдержкой, это не беда.