Стигма ворона

Двое других спешно ссыпали монеты в кожаный мешок — вмешиваться в происходящее они не собирались. Да и, похоже, то, как все складывалось, их не очень-то огорчало.

— Не поднимать ворота!!! — пытался перекричать толпу бархатный господин.

Набат умолк, и вместо него над площадью загудел тревожный рог.

Стража высыпала из казарм, хлынув в толпу. Чей-то истошный вопль разорвал на мгновение ночь, чтобы утонуть в сотне других криков и стонов.

Прижимая женщину к себе, Эш потащил ее сквозь поток прочь от площади.

И только когда они выскользнули в первый же темный переулок, до него вдруг дошло, что ощущает грудью упругое женское тепло.

Отпустив Бэл, он смахнул со своего лба и без того ничуть не мешающие пряди.

— Цела? — хмуро спросил он.

Здесь, в темноте, Эш почти не мог разглядеть ее лица, только смутные очертания. Но отчетливо ощущал аромат жасминовой воды, исходивший от кожи и волос.

— Пока еще не уверена, но, кажется, да, — ответила Бэл.

— Это хорошо, — кивнул своим мыслям Эш и умолк.

Только что он вытащил ее из сердца мятежа, ни на секунду не колеблясь.

А сейчас от неловкости он не мог придумать ни одной подходящей фразы.

Эш даже не мог определиться, хочет ли он остаться рядом с ней подольше, или, наоборот, желал бы распрощаться поскорее.

— Не знаю, какой благодарности ты ждал, но на пару бесплатных визитов точно можешь рассчитывать, — с нервным смешком сказала женщина.

Она, кажется, хотела, чтобы фраза звучала легко и шутливо, но голос предательски дрожал и не слушался.

— Да у меня есть, чем заплатить, если что, — обиженно буркнул Эш. — Так что простого «спасибо» было бы достаточно.

Он развернулся и направился обратно на площадь, чтобы убедиться, что с Даром и Шедой все в порядке.

— Постой! — услышал он за спиной.

Эш обернулся.

— Чего еще?

Бэл не ответила. Вместо этого она подошла к нему и обняла.

— Спасибо, — почувствовал он прикосновение ее шепота к своему уху. — А ты все равно приходи. Хочу разглядеть тебя получше.

Она коснулась на прощанье ладонью его щеки и поспешила прочь. А Эш все еще продолжал стоять, невольно прислушиваясь к тому, как тает ее ароматное тепло у него на руках.

Кровь все еще стучала у него в висках, когда Эш вдруг услышал за спиной чьи-то шаги.

Тревожное предчувствие ударило его по лицу, как пощечина, приводя в чувство.

Он обернулся.

И в свете прощальных и беззвучных всполохов грозы Эш увидел хрупкую фигуру в черном платье.