Остров

Тарташ решительно отобрал оружие у товарища:

— А вот это мы точно закопаем. Причем в другом месте.

— Как?! — горестно вскрикнул тас’шер, которому дырки в шкуре начали надоедать.

— Молча. С полным пониманием, что это — улика. Причем улика не только для наших преследователей, но и для рядовых дорожных блюстителей и просто солдат.

Инглав вздохнул и опустил плечи.

Да, карабины были хороши. Но Несса, хоть и протестуя против необходимости, поддержала менталиста. Впереди был еще не один осмотр, и давать повод для ареста не стоило.

Так что карабины закопали в пяти сотнях шагов от стоянки, после чего Тарташ старательно расправил траву, скрывая их следы.

Тем временем стало совсем светло, светило поднялось над кронами лесополосы, и полукровки отправились в путь.

Явление шестое. Камень Гнева Божия

Как описать путешествие по густонаселенной стране на медленной повозке? Изо дня в день похожие пейзажи, одинаковые дороги, замощенные диким камнем («И где люди набрали столько одинаковых камней?»), однообразные имперские постоялые дворы, словно близнецы-братья, ежевечерне принимающие фургон в свое чрево, одинаковая, хоть и сносная, еда.

.. Для описания следующих пяти дней хватило бы одного слова: скука.

Скучали ли ее спутники, Несса не знала. Все эти дни она не находила себе места, истово желая хоть какого-то разнообразия. Но день сменялся днем, повозка скрипела на камнях, покачиваясь, и ничего не происходило.

Поэтому когда на горизонте появился лес, девушка поначалу никак не отреагировала — дороги в империи были обсажены ветрозащитными посадками, и поначалу лес воспринялся как очередная такая полоса, облекающая перекресток.

Но чем ближе фургон подъезжал к лесу, тем очевиднее становилось, что к этому скоплению деревьев люди не причастны.

Тарташ, чья очередь править должна была наступить через три колокола, высунулся из-под тента и прислушался.

— Скучно, говоришь? — скрипуче обратился он к квартеронке, изображавшей мальчишку на козлах повозки. Несса искренне ненавидела дурацкую соломенную шляпу, бесформенную холщовую рубаху и такие же порты, которые ей приходилось на себя напяливать.

Но спутники не без злорадства объявили: или маскировка, или сиди в фургоне. И ради возможности вырваться из-под душного пыльного полога Нессе приходилось терпеть это убожество.

— А то сам не знаешь... — вяло огрызнулась девушка.

— Смотри, как бы вскоре не оказалось слишком весело, — покачал головой тер’коэр, скрываясь в фургоне.

— Вот в этом все они...