Остров

— не слишком тихо буркнула Несса, в явной надежде, что спутники услышат. Даже идея поругаться казалась сейчас просто замечательной.

Но фургон хранил гробовое молчание.

Два колокола спустя фургон въехал под кроны первого встреченного дикого леса. Сухой и пыльный воздух сменился влажной прохладой, старые деревья с толстенными стволами презрительно отмахивались ветвями от жары средней полосы. Где-то недалеко журчал ручей. Но мощенная камнем дорога все так же убегала вдаль. Повеселевшая квартеронка вертелась на козлах, разглядывая почти родные деревья.

Из недр фургона высунулся сумрачный Инглав, оглядел окружающее великолепие и хмыкнул:

— Так, егоза. Давай-ка внутрь. Тарташ что-то чувствует, но не может точно сказать, что.

— Он вечно что-то чувствует, а мне в духоте и пыли париться... — пробурчала девушка, перебираясь с козел в темную духоту фургона.

Тер’коэр все так же обнимался с котелком. Это уже вошло у него в привычку. Тонкие пальцы ощупывали края дырки, глаза были закрыты. На появление Нессы он никак не среагировал, продолжая исследовать пробитый металл.

Девушка испытала сильнейшее искушение ткнуть менталиста хвостом.

— Ты же знаешь, что это бесполезно, — хмыкнул тот, не открывая глаз. — Не мешай мне. От тебя идет такой хаотический поток мыслей и желаний, что это сбивает весь настрой.

— Тебе помешаешь, — досадливо поджала губы квартеронка, остро чувствуя себя маленькой и неполноценной.

— Думай о приятном: скоро драка, — усмехнулся тер’коэр, открывая глаза. — И... вот что, слезь-ка с фургона и иди лесом.

— Уж послал, так послал... — фыркнула Несса, тем не менее выбираясь наружу через задний борт.

Тарташ промолчал в ответ.

Дорога в этом месте делает крутую петлю, обегая старую замшелую скалу. Даже упорные имперские строители не осилили разрушить эту махину, предпочтя удлинить дорогу. Скала эта в незапамятные времена упала с небес — то ли в знак гнева богов, то ли сама по себе — и погрузилась глубоко в болото, только макушка осталась над поверхностью. Со временем поваленные деревья выросли с новой силой, а болото пересохло.

Когда же полторы сотни оборотов назад строители, прокладывая дорогу в западные провинции, натолкнулись на скалу, от нее на поверхности остался желвак с несколько домов размером да мелкая россыпь камней. Камни пустили в дело, а желвак поковыряли да оставили. Небесный камень оказался крепче, чем людские кирки. Так что теперь дорога почтительно обегала каменного исполина. Образуя идеальное место для засады...