Всего лишь я

— Очень интересно, — опять не удержался Кайс, но Нукт так на него «зыркнул», что собиратель предпочел заткнуться и сделать вид, что очень занят разглядыванием ногтей на своей руке.

Трафо сам не понял, для чего он это делает, но, подойдя вплотную к мальчику присел на корточки, и, глядя ему в глаза, попросил:

— Расскажи, как погиб твой отец.

Мальчик скривился, словно его ударили по лицу, сник. Плечи его затряслись. Трафо не стал его успокаивать, и, предостерегая остальных от каких-либо действий, поднял руку. Он ждал, пока парень перестанет всхлипывать и поведает, как все произошло.

Несколько минут мальчик трясся и всхлипывал. Потом, обессилив, «отлип» от дерева, и, скрутившись калачиком в корнях, принялся рассказывать, уставившись перед собой.

— Мы видели ваш костер. Отец сказал, что нам повезло — люди безлошадные, шли своими ногами, устали. Воин только один, девка, да два «придурка». Решено было отойти вглубь леса и подождать, пока вы уснете.

Как только один из вас отошел от костра и направился прямиком к нам, брат отца предложил «взять» его, и, не ожидая, отправиться за другими.

Легкая задача. Отец не позволил.

Каждый раз, вспоминая отца, мальчик кривился, как от боли. Трафо казалось, что он понимает эту боль. Или хотелось верить в то, что понимает.

— Мы не знали, что вы собиратели. Иначе ушли бы далеко-далеко… и папа был бы жив.

Все молча ждали продолжения. Никто не торопил несостоявшегося разбойника, карьера лихого человека которого, не успев начаться, закончилась.

— Мы поднялись, как только сверчки затихли, ночь уже заканчивалась в тот момент, но день еще не родился.

Отец сказал, что в этот час самый крепкий сон. Разделились. Я с отцом пошел прямо на вас, а его брат и еще двое — по дуге, с другой стороны.

Все было спокойно, пока отец не наступил на твою сеть, — впервые парень оторвался от созерцания чего-то невидимого и уставился прямо на Трафо.

— Он закричал. Нога его «взорвалась», превращаясь в мясные лохмотья, словно ее пытался съесть некий зверь, и, не справившись, просто выплюнул пережёванное нечто.

Отец пытался выдернуть свою искалеченную ногу из сияния, но у него не получилось. Напротив! Его стало затягивать еще глубже в вашу проклятую сеть. Тогда он протянул ко мне руки, чтобы я мог ему помочь. Я пытался, но я не сильнее магии. И как только отец понял, что ничего хорошего не получится, он вырвал свои руки из моих и крикнул, чтобы я уходил. Я не посмел его бросить… А его затягивало все глубже и глубже. И он кричал все громче.