Окаянный груз

— Тьфу! Вот ученый малый, дрын мне в коленку! — возмущенно выкрикнул Хватан. — Все! Бросай саблю и иди отдыхать!

Ендрек стоял перед укрепленным на дереве маленьким — локоть в поперечнике — круглым щитом, на котором жирной, смоляной черноты, краской были намалеваны три полосы: две наискосок справа налево и слева направо, а третья — поперек горизонтально. Эти линии показывали направление шести основных ударов, отрабатываемых новичками. Хватан называл разрисованную мишень попросту — вертушкой, а сотник Войцек употребил мудреное слово — мулине.

Вооруженный саблей боец рубил поочередно — справа налево вниз, слева направо вниз, справа налево вверх, а после с другого боку, тоже вверх, и последние два удара плоско по-над землей справа и слева. Как сказал командир. упражнение должно развивать подвижность кисти, чувство баланса и вообще, дать бойцу обвыкнуться с оружием.

Все бы хорошо, да вот получалось у Ендрека абы как, через пень-колоду. Вот и сейчас едва себя по ноге клинком не зацепил.

То-то было бы смеху у опытных фехтовальщиков...

Таких в отряде Войцека набралось не много. Сами порубежники, понятное дело. Трое мародеров из реестровых солдат. Те самые, что сперли свинью и едва хозяйку, выбежавшую воспрепятствовать грабежу, едва не лишили жизни. Урядник Хмыз из гусарского полка. Конечно, в отряде Войцека его никто урядником не назначал, но пожилой, обстоятельный вояка пользовался общим уважением и к его мнению прислушивались. Трое шляхтичей из обнищавших родов, попавших в Берестянскую тюрьму из-за любви к горелке.

Один из них — Юржик — пил, не просыхая еще с Великодня. Вначале за свой счет, потом за счет друзей, потом начал продавать все, что нашлось под рукой. Пропил коня, седло с уздечкой, саблю, сапоги... В общем все, вплоть до исподней рубахи. И ту пытался заложить измученному таким напором и целеустремленностью шинкарю, который от греха подальше и сдал его заглянувшим на огонек, да и просто по-человечески промочить горло и согреться прохладной ночью, стражникам.

Двое других, тоже из мелкопоместных — про таких говорят: «От шляхетского звания лишь сабля и гонор» — пили-гуляли вместе. Что им с пьяных глаз померещилось, никто того никогда не узнает, но они начали крушить все вокруг. Неудачливый шинкарь, у чьем заведении приключилась свалка, потерпел немало убытку от молодецкой забавы. А стражникам пришлось оглушить буянов и доставить их в буцегарню.