Зубы

Он колебался также, как колеблешься сейчас и ты – я знаю, о чём ты думаешь. Но Калеб также, как и Лок, обижен на весь мир за то, что случилось с Церковью. Прошли сотни лет, а трагедия «Святых Безбожников» терзает его душу ничуть не меньше. И если Лок хотел своим безумным планом раз и навсегда расквитаться со всеми, кто был связан с его предательством, то Калеб лишь мнит себя всемогущим.

– И за более короткую жизнь можно сделать столько, что десять поколений будут вспоминать тебя как героя. – упрямо говорил Зекс.

– И за менее кровавые методы правителей вычёркивали из истории навсегда. – парировала девушка.

Зекс снова задумался. Аккуратно сложив карты местности, спрятав деревянных болванчиков, которыми выставлял войска, он устало упал в кресло, разглядывая свет масляных ламп. Мирабель медленно подошла к нему, положила руку на плечо и тихо прошептала:

– Не будь строг к себе перед лицом такого противника.

– Я знаю, что ты права. Уверен в этом. Но меня не отпускают мысли о том, как всё могло бы измениться, если бы такой человек, как Мальферий, появился в нашей жизни не как угроза, а как помощь.

– И что же ты хочешь сделать?

– Если будет возможность – попытаюсь вразумить его. Без своих последователей, без армии, без помощи... может так он поймёт, что всё можно исправить тогда, когда его послушают.

– А если он умрёт раньше такого момента? Или откажется вовсе?

– Моя рука не дрогнет. Он ответит за всё, что сделал.

Зекс сжал руку девушки. Он на момент вспомнил о своих простых, самых низменных желаниях – о любви, понимании, домашнем уюте.

Мира, почувствовав эту мимолётную тревогу на сердце, приобняла его и шепнула на ухо:

– Когда-нибудь родной дом заменит нам застенки Казарм. Просто верь в это.

– Когда это всё закончится, я вряд ли останусь в городе. Теперь я понимаю Макса.

– И ты тоже оставишь меня с рисунком? – кокетливо произнесла Мира.

– Ты последуешь за мной? – серьёзно проговорил Серум, глядя в блестящие в свете ламп глаза Мирабель.

Девушка тяжело вздохнула, с нежностью посмотрела в глаза Серума и тихо сказал:

– Я бы очень хотела. Но меня ждут великие дела.

Она легко поцеловала Серума в губы. Едва касаясь, так, чтобы без слов было понятно, какие чувства бушуют в ней.