Зубы

Рокс погиб в тот день. Поэтому, готовясь к вероятному столкновению, я бы хотела, чтобы Макс помог мне ещё раз.

– Ох... – обречённо вздохнул Шео.

– Это не было запланировано, клянусь. Никто этого не ждал. Никто не видел угрозу Церковников уж очень долго. Поэтому... Мне вдвойне страшнее от одной лишь мысли, что Макс может отказаться.

Несмотря на слова Миры, ученики восприняли информацию довольно спокойно. Лишь тяжёлая грусть легла на их лица да горькие ухмылки – их догадки были правдивы, а все те домыслы и слухи, что ходили в их деревнях и городах после оглашения приказа короля, теперь не казались такими уж безумными.

Они проговорили ещё несколько часов, пока лунный свет не залил их лагерь. Мира рассказывала о Девриене, о близнецах, говорила о битве с Локом и Потерянными. Рассказывала о жизни рядом с Серыми Лицами – Кире очень хотелось узнать об этом поподробнее. Впервые с начала занятий они познакомились ближе и Мира узнала из первых уст о всём том, что ей рассказывал Кармель.

Утром, после небольшого завтрака, отряд засобирался дальше в дорогу. Порошок, который Мира выдала спутникам, здорово помогал им в пути – привалов было крайне мало, а проходили они крайне много. За день они проходили порядка пятидесяти километров, пока не падали от усталости в первом более-менее удобном месте. Лагерями им были и поваленные деревья, стволы которых в диаметре были выше самой Миры, и разбитая крытая повозка, и даже обычная поляна. Обычно дождливое начало весны на Скрипатуме выдалась крайне сухим с лёгким морозцем, несмотря на тёплое, греющее землю и оставшиеся сугробы, солнце.

К концу четвёртого дня пути, уставшие и измождённые, они всё же добрались до крупного поселения и узнали у местных, что Ванневиль совсем близко, в часе пути. Осторожно поинтересовавшись у Миры, что завело их в такую даль да от самого Зарема, местные, словно квохчущие курицы, в голос повторяли одну и ту же фразу: " Без толку, поворачивайте назад, Знахарь не возьмётся за гиблое дело. Сразу видно, что гиблое, не получится, не пытайтесь даже".

Насторожившись такой уверенностью, отряд Миры двинул дальше под неодобрительные, почти злые упрёки. Места здесь были достаточно глухие, потому не хотелось бы, чтобы в погоне за тем, чтобы отговорить заремцев, местные не прикопали их где-нибудь в лесу.

В куда более меньшем поселении на пришлых смотрели ещё строже и даже говорить с ними не стали – мол, "сразу видно по чью душу явились".