Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Мелисса успела подхватить заваливающегося на бок Люфира и осторожно уложила на ковер, с беспокойством вглядываясь в его лицо. Лучник крепко спал.

* * * 

Раскаленный диск солнца нещадно жег глаза, а острый пустынный песок рвал одежду и резал кожу. Желтая пустота простиралась от горизонта до горизонта, местами ее разбавляли скрученные силуэты кактусов и колючий кустарник. Небо выгорело до белизны, и не было даже скудного облака, чтобы прикрыть бесстыдную наготу светила.

Люфир приставил ладонь козырьком ко лбу в попытке разглядеть неясный белый силуэт, замерший у плавящейся кромки пустыни.

Песчаные дюны заслонила занавесь из черных волос. Лучник дернулся назад, натолкнулся спиной на мягкую преграду, но та тут же развеялась облаком черного дыма. Пара секунд и из темных клубов соткался высокий силуэт, закутанный в рваный черный плащ, развевающийся на сухом ветру.

– Попался, паршивец, – тонкие широкие губы исказила хищная улыбка, а темные волосы с белоснежными прядями проседи закрыли глубоко посаженные глаза.

Рука лучника нащупала прикрепленный к поясу нож, но тот рассыпался мелким песком от одного единственного прикосновения.

– Где я? 

– Ты еще спрашиваешь? Разве ты не ощущаешь энергии, пронизывающие это место? Совсем такие же, как в твоих снах. Это Море Теней, наглец! Ждал, что воды будет несколько больше? Обычно так и есть, но для тебя я несколько подправил ландшафт. Я же говорил, что ты заплатишь за свою дерзость.  

Человек усмехнулся, и воздух накалился еще больше.

– Если хочешь выбраться отсюда, ищи меня в башне, что стоит на горизонте. И не заставляй меня ждать слишком долго! Этот день продлится столько же, сколько и твой путь, – мужчина махнул рукой и растаял в воздухе.

Предоставленный самому себе, Люфир осмотрелся и, так как больше ничего не оставалось делать, зашагал к едва возвышающемуся над пустыней белому остову. Желтая крупа осыпалась под сапогами, мешала взбираться на дюны, сталкивала вниз.

Время для Люфира перестало существовать, остались только золотые барханы и белое небо, заполнившие все пространство.

Упав возле греющегося на солнце кактуса, он отломил иголку и стал царапать зеленый ствол. Сок растения наполнил рот горькой влагой, смочил пересохшее горло.