Проклятие и искупление. Том 3. Единство

Мелисса безуспешно штурмовала камень, на камень-то и не похожий, Оника же маялась с дверью. Время от времени, она поглядывала на Фьорда, неспособного ничем помочь без энергии, и обменивающегося враждебными взглядами с Зореваром. 

Оника предпочла бы встретиться со старыми друзьями при лучших обстоятельствах. Она вспоминала времена, когда им пришлось столкнуться с чем-то посерьезнее, чем путешествие по Огнедолу в поисках Кочевников и обратно. И пусть Фьорд, в отличие от Мелиссы, проведшей дни после мятежа в родном доме, часто был рядом, для него теперешнего события тех дней не существовали так же, как и для укротительницы камня.

Судьба снова объединила их жизни, но Оника явственно ощущала образовавшуюся между ними пропасть.

Устав, она хотела было отойти от двери, но натолкнулась на невидимую преграду. Обернувшись, она увидела, что и вокруг остальных появился едва заметный мерцающий желтый кокон, не дающий сделать и шаг. Зоревар пытался пробить щит, Фьорд что-то кричал, но его голос не мог прорваться сквозь появившийся заслон.

Стебли за спиной Оники растворились, и она вновь оказалась в тисках бесцеремонных рук, вытащивших ее наружу. Ее преследовало облако трескучего мороза, не причиняющее неизвестным ни малейшего дискомфорта. Оника взывала к крови в их телах, но та оставалась безразлична к приказам.

Ее привели в помещение, внутри которого слабо пульсировал шар грязно-желтого цвета, к которомуу тянулись темные шнуры различной толщины.

«Республика!» – пронеслось в голове Оники, но она тут же отмела эту мысль, как невозможную.

Церковь и Зерно были целы, а, значит, островитянам на материк пути не было.

Ее прижали к липкой поверхности шара, и страх обнял ее вместе с отвратительной материей, буквально заглатывающей в себя. Как и все вокруг, сфера была совершенно нечувствительна к атакам Оники.

Воздух внутри был вязким и жарким. Он пах чем-то кислым, лишающим тело сил. Когда Оника уже едва держалась на ногах, нутро сферы выпустило бледно-желтые щупальца, обхватившие ее тело и не дающие упасть.

В тумане помутнения она слышала голоса приведших ее сюда. Они переговаривались на неизвестном, рычащем языке, и их слова наполняли шар терпким дымом – тот лез в глаза и прилипал к коже бурыми пятнами.

«Только не опять!», – воспоминания о лаборатории в Республике ослепили сознание и тут же померкли, утонув в смоге, доверху заполнившем сферу.

Поддерживаемая туго натянутыми щупальцами, Оника медленно приходила в себя.