Проклятие и искупление. Том 3. Единство

– Приведи себя в порядок, – Люфир провел рукой по волосам, намекая на растрепанный вид Фьорда. – Я подожду на улице.

Не дожидаясь реакции, лучник вышел за дверь: для разговора еще будет весь путь к назначенному месту. 

Ждать пришлось недолго, и уже спустя несколько минут маги шли в вечерних тенях деревьев. После долгих недель тщательного изучения города Люфир знал в нем каждый закуток и не задумываясь выбирал верный путь на перекрестках.

– Не думаю, что мне будут рады, когда я заявлюсь без приглашения, – начал Фьорд, провожая взглядом подчеркнутый низкими колоннами одноэтажный дом, на подоконниках которого устроились кадки с цветами.

– Ты был одним из членов отряда. Бритта, должно быть, забыла сказать или сочла очевидным, что ты должен прийти.

– Ты действительно позвал меня поэтому? – одетые в насмешливый тон слова скрывали горький привкус обиды. Фьорд не знал, что уязвило его больше: что его не посчитали нужным пригласить, или корыстные мотивы, которые преследовал Люфир, позвав его с собой.

– Член Ордена, оказавшийся один на празднике мятежников, – это может дурно кончиться.

– Ты же бывший член Ордена.

– Не уверен, что так бывает.

Фьорду не хотелось и дальше обсуждать уровень нынешней причастности Люфира к Ордену Смиренных, поэтому он поспешил сместить акценты беседы.

– Даже если твоя правда, в случае неприятностей ты и сам прекрасно сможешь постоять за себя. К чему юлить, моя помощь будет довольно сомнительна в сравнении с твоим светящимся луком.

– Ну ты же ждал от меня какого-то холодного расчета, зачем мне могло понадобиться твое присутствие.

Люфир ускорил шаг, завидев свет, косыми лучами бьющий из окон на укрытую сумраком улицу. Пахло хлебом и вишневым вареньем.    

Парадная дверь дома, который следовало назвать особняком, с размахом его террас и двумя аркадами на втором этаже, оплетенными вьюнком, замерла между колонн, опоясанных древними письменами.

Приближение новых гостей заметили из окна, – когда Люфир и Фьорд оказались на пороге, дверь приветливо распахнулась. 

– Ты, должно быть, Люфир! – голос пухлой женщины, встретившей юношей, показался лучнику чересчур слащавым.