Рунное наследие. Вдыхающая жизнь

Кэлла всё же зашла туда, но вскоре вышла с каким-то кусочком ткани, которым кое-как перемотала рану брата.

Они не стали больше ничего трогать и как можно быстрее отправились к дому Лесового, куда они прибыли как раз тогда, когда уже нельзя было разобрать ориентиры – ночь укутала лес, и пение птиц сменило ухание сов.

Квэн быстро разжёг печку, уже сам перемотал себе рану, которая перестала кровоточить, и лёг на подстилку. Ни аппетита, ни желания читать у него не было. Его занимали мысли о том, кого он убил и как бы быстрее отправиться в путь на поиски ближайшего селения.

Прижав к себе сестрёнку, он ещё долго не мог уснуть, пока наконец не провалился в беспокойный сон.

Глава 29. Тайны прошлого

Гларта сидела у окна на чердаке в своём особняке, глядя как по стеклу стекают капли и вслушиваясь в барабанную дробь дождя по крыше, полностью растворяясь в этом умиротворяющем шуме природной стихии.

Раньше она любила во время сильных ливней и грозы подниматься в эту заброшенную пыльную комнату и лежать на принесённой подстилке, ощущая себя в полной безопасности от ненастной погоды.

И вот, когда прошли годы и Гларта стала главой клана, она приказала слугам, чтобы её любимое «дождливое» место прибрали и подготовили удобное мягкое кресло у чердачного смотрового окна.

Теперь же плаксивая погода заглушала те крики детей, мольбу женщин и треск горящих домов, причиной которым и стала сама Гларта. Эти звуки прописались в её кошмарах и даже иногда слышались наяву. Видящая думала, что когда она избавится от своей будущей убийцы, вместе с ней пропадут и вещие сны, оставшись в прошлом.

Но они превратились в напоминание о том выборе, который сделала Гларта.

После возвращения прошло уже несколько дней, и глава клана ни с кем не разговаривала, если не считать распоряжений, и не принимала клиентов. Ей хотелось отдохнуть от тяжёлого десятидневного похода в деревню и обратно, а также от людей. Добрых или злых – не важно, они все её раздражали, потому что именно люди являлись одновременно причиной её кошмаров и средством, с помощью которого она могла обеспечивать себе жизнь.

Кроме неприятных воспоминаний, прожигающих её душу, Гларту беспокоили ещё два вопроса, появившиеся вследствие уничтожения деревни. Причём один вызывал раздражение и страх, а другой – трепет и надежду.

Сбежавший раненый воин… Как она, Видящая, допустила такую оплошность? Ведь сотню раз видела в своих вещих снах, как всё должно произойти.