Рыжий. Том 2. Остановившие бурю

— Да услышь же ты меня! — возмутился Фарел, легонько стукнув друга в лоб: — Кочевник уважает только силу. К сильному вождю они прислушаются. Но сильный вождь никогда не пойдет говорить с уважаемыми людьми, прячась за спинами войска!

— Не надо прятаться... — снова начал Тарви, хмурясь.

— Короче, слушай и не перебивай! Сейчас берешь два десятка наших — и галопом в Туорлан. Это приказ. Я не желаю тратить драгоценное время, отбиваясь от забывшего о месте в отряде бойца. Сегодня я должен выехать к правителям. И я не собираюсь оставлять этот узел нерешенным — так или иначе.

— Я отказываюсь подчиняться приказам самоубийцы. — упрямо нагнул голову северянин. — Ты не принадлежишь себе, командир. За тобой войско, страна, люди, поверившие в тебя...

— Тарви. — холодно произнес Фарел, теряя терпение. — Ты мне очень дорог. Как друг. Как боевой товарищ. Как толковый командир, наконец. Но если ты не прекратишь изображать из себя чокнутую няньку, клянусь богами, я выгоню тебя из отряда! Или выбирайте себе другого командира и делай с ним, что хотите.

Тарви с четки сверлил его яростным взглядом, но потом сник.

— Ты командир. Но ты дурак!

— Не без этого. — через улыбнулся цистоланец, чувствуя, как между ним и другом возникает трещина. — Так надо. Выполняй.

Отобрать нужных кочевников среди сотен похожих лиц — задача не на одни четки. Особенно, если кочевники пассивно, но сопротивляются. Но, к чести Тарви, он справился до вечера. И хотя пленники были на грани бунта, всех предводителей доставили в огороженный круг.

Но за веревки Фарел вошел один. Вошел с большим котлом в руке. Было это настолько необычно, что кочевники тянули шеи, пытаясь разглядеть, что же им принес победитель. И, увидев пустой котел, недоуменно переглядывались.

А Фарел прошел в самый центр круга, перевернул котел и взобрался на него.

— Есть среди вас тот, кто понимает меня? — громко обратился он к пленникам.

Тишина была ему ответом.

Молчание длилось долго.

Наконец, пожилой кхорт поинтересовался:

— Зачем твой тот, кто понимать? Чтобы убить, понимать не нада.

— Говорить с вами хочу! Убивать надоело.

Кочевник приблизился:

— Об что говорить? Мы враг. Твой враг. Мы проиграть. Твой убить.

— Убить просто. Сейчас убью вас я, потом вырастут ваши дети и придут убить меня. Проиграют все. — Фарел старался избегать сложной речи.