Хранители хаоса

Голова словно была наполнена камнями, а в теле царила слабость. Мир вокруг звенел, а воздух подрагивал, как во время зноя.

Он плохо помнил, что произошло с ним, но явственно ощущал, что разум и тело кто-то – или что-то – как следует встряхнул. И еще он чувствовал утрату печати ведьмы. Предсказание старухи, которое он тогда, восемь лет назад, посчитал полной глупостью, сбылось.

Он вспомнил все. Слово в слово.

«Ты помог мне, и за это я тебя вознагражу. Ни золотом, ни добром, ни даром. Я дам тебе кое-что более ценное.

Прими печать мою, на коже выжженную, на крови замешанную, на костях вырезанную. Станет она твоим спасением от смерти страшной, душу убережет твою измученную. Не сейчас и не завтра, но придет время, и она поможет тебе».

Морк понимал, что ведьма наложила на него какое-то особое заклятие-оберег, но как оно работало, и когда должно было сработать, не знал. В дополнение он лишь услышал, что эта таинственная печать защитит его от «чар лютых и чужих» и что сработает лишь единожды, а больше по заверениям старухи, и не понадобится.

И теперь он понял, что момент настал. Заклятие-оберег сработало. Морк больше не чувствовал его давящего влияния, к которому он, надо признать, давно привык. Оно слетело с него как шляпа на сильном ветру.

Он встал и выпрямился в полный рост. Звон стал сильнее, и еще сквозь него он слышал шепот, но шепот тихий, ненавязчивый. И тут он вспомнил, что с ним произошло несколькими минутами ранее. Он видел и ощущал то, чего никак не могло быть в реальности. Во всяком случае, ни здесь и ни сейчас.

Значит, его сознанием кто-то манипулировал. Он наткнулся взглядом на бесформенное нечто, одновременно похожее и на сферу, и на облако, и все вопросы отпали.

Дак лежал на земле без сознания. Йов полулежал у колонны, держась за ногу, из которой торчала стрела. Ибрагил в нескольких шагах от него облокотился на колено, словно молясь своим волотским божкам. Рядом со сферой стояла Девана с луком, на тетиву которого была наложена стрела. Подле женщины, на коленях, сидела Айлин.

Ладонями она стискивала виски и, похоже, рыдала во весь голос.

Картина перед Морком вырисовывалась весьма странная, однако, он все понял. Инстинкт сработал моментально.

Ловким слаженным движением он выхватил из чехла арбалет, сбросил предохранительный рычажок и нажал на спусковой крючок. Болт вонзился в правое запястье Лесной Феи.

Женщина вскрикнула, лук в ее руках дернулся, стрела ударила в колонну, у которой сидел чародей.

– Морк!.. Убей ее!..