Хранители хаоса

– Девана! Девана, прошу тебя! – продолжала бесполезную затею девочка.

Боль в бедре усиливалась. При малейшем движении она вгрызалась еще глубже в ногу. Йов не владел исцеляющими заклинаниями, но знал одно, притупляющее боль. Однако сейчас он должен быть начеку, потому что следующая стрела Деваны может стать последней для него… или для волота. Поэтому он внимательно следил за женщиной, готовясь в любой момент отразить ее атаку телекинезом, хотя чувствовал, что сил на большее вряд ли хватит.

Ибрагил решил действовать и уверенно двинулся к Деване.

– Останови ее, Ибрагил. Я подстрахую!

Лесная Фея отпустила тетиву, и ученик магистра в ту же секунду направил телекинетичекий удар на лук. Стрела изменила траекторию и улетела в сторону, так и не достигнув волота. В тот же миг Йов ощутил тяжесть в голове, а нога взорвалась от боли. Тысячи незримых осколков впились в бедро, голень и пах. Ученик магистра взвыл, стиснув зубы. В глазах потемнело, во рту стало солоно – похоже, он до крови прикусил язык.

Ибрагил тоже остановился и тяжело застонал. Прижал ладонь к раненому плечу, а второй рукой схватился за древко стрелы в груди. Снова взвыл, как забиваемый на скотобойне бык.

Боль не давала сосредоточиться, не говоря уже о том, чтобы попытаться применить обезболивающее заклинание. Боль сводила с ума. Боль стала вездесущей и бесконечной. Теперь Йов кричал во весь голос и корчился, загребая пальцами пыль и грязь с земли. Краем глаза он заметил, что девочка упала на колени, схватившись за голову.

Он плохо соображал, но в тех уголках сознания, которые еще не пропитались болью, отчетливо билась мысль: это все проделки Исграминот. Тварь из иного мира хочет уничтожить их всех, используя их же чувства. И еще сквозь марево боли он видел, как Девана снова достает стрелу из колчана и накладывает на тетиву. Но теперь ни Йов, ни Ибрагил, ни сами фантомы не смогут помешать ей.

А еще ученик магистра увидел, что женщина направила лук на него. И где-то в глубине души даже ощутил грустную радость, что вот уже скоро все это, наконец, закончится.

Стрела вонзится ему в грудь или в горло, а может, и в глаз, и разум его быстро померкнет, а вместе с тем в небытие уйдет и боль.

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать восьмая

Исграминот

Единый Океан, остров Околос

17-ый день месяца Заката Солнца

2891 г. от ЯБТ

Рассудок вернулся к Морку так же внезапно, как и несколькими минутами ранее покинул его. Глаза ассасина открылись и чуть сощурились.