Хранители хаоса

от ЯБТ

Шторм усмирился к полуночи и унес с собой жизни двух матросов. А еще порвал два паруса и сломал с десяток рей. Зигмунд был в бешенстве. Бен-Саллен даже сквозь хмельной сон слышал, как кричал капитан корабля на моряков, не сумевших сохранить паруса. Погибших подопечных ему, видимо, было не так жалко.

Сам же следопыт показался на палубе только к утру. Голова была тяжела, как пушечное ядро. Во рту – иссохшая пустыня. Да, выпил он вчера изрядно. Три бутылки вина и четверть бочонка рома. Сначала компанию ему составляли Дак, Ибрагил и два матроса.

Но когда начался шторм, моряки ретировались, а Шустрого Ежа начало тошнить. Бывший раб пил мало, оправдываясь тем, что, кроме волотской медовухи, он больше ничего не любит, и как только качка усилилась, решил уйти на боковую. В итоге Бен-Саллену пришлось пировать одному.

Поднимаясь по лестнице, следопыт наткнулся на матроса, несущего поднос с кувшином и кружкой.

– Это ты мне тащишь? – осведомился он.

– Капитану, – покачал головой матрос. – Он много пьет, когда гневается.

– И что там за пойло? Ром? – Охотник на оборотней поморщился. Опохмелиться ему, конечно же, не помешало бы. Но только не ромом. Его он теперь долго пить не сможет.

– Нет, простая вода.

– На кой хрен ему вода? На корабле грог пить надо или ром. Он же пират.

– Капитан на судне никогда не пьет. Только в портовых кабаках и борделях. – Моряк насупился и добавил: – И мы не пираты.

– А твои друзья мне другое вчера рассказывали. Ну ладно, какая теперь разница.

– Следопыт схватил кувшин и приложился к горлышку.

– Это же для капитана!

Бен-Саллен сделал несколько больших глотков, рыгнул, вытер намокшую бороду и поставил кувшин обратно на поднос.

– Не вопи, там еще много осталось.

Матрос злобно засопел, грозно прищурился, но промолчал. Бубня что-то под нос, зашагал дальше.

Оказавшись на нижней палубе, следопыт осмотрелся. Матросы уже успели привести большую часть корабля в порядок: натянули новые паруса и починили сломанные реи. О том, что барк побывал в шторме, теперь можно было узнать только от слов очевидцев.

Высоко в небе парили чайки – признак того, что земля близко. И действительно, приложив ладонь ко лбу и посмотрев вдаль, Бен-Саллен разглядел размытые контуры далеких берегов.

– Остров Двухголовый Змей, – раздался голос рядом.

Следопыт обернулся. Перед ним стоял Дак. Выглядел он, надо признать, не лучше только что воскресшего мертвеца. На правом плече сидел Кортыш, тоже измученный донельзя.