Хранители хаоса

– Во времена Водяных войн рыбоящеры порабощали людей и использовали их как рабочую силу для возведения зиккуратов.

– Историю писали люди, а они могли приукрасить некоторые события для острастки будущих поколений.

– Волоты тоже принимали участие в тех войнах. Не такое явное, как люди, но принимали. Сведения об этом хранятся в наших преданиях.

– А ты, я погляжу, неплохо разбираешься в истории.

Ибрагил кивнул. Конечно же, он был хорошо образован… для волота и наследника трона Волотарона.

– Кем ты был до того, как попасть к людям?

Прежде чем ответить, волот подумал.

– Изгоем, – наконец выдавил из себя Ибрагил.

Немизия глянула на волота и удивленно повела бровью. Осторожно спросила:

– За что тебя изгнали?

– Меня предали… Не только люди способны на подлые поступки. Мой народ тоже подобным грешит.

– Если предали, то почему ты не попытался вернуть свое доброе имя?

Вопрос Ибрагила озадачил. А действительно – почему? Боялся, что ничего не выйдет? Или ощущал вину? Он никогда не думал об этом.

– Не знаю, – сказал волот. – Меня могли казнить, если бы встретили на землях Волотарона.

– Неужели у тебя не было союзников?

– Были, – тяжело вздохнул Ибрагил. – Многих из них тоже предали, как и меня. Одни попытались устроить бунт, но у них ничего не вышло. Другие сгинули без следа. А я… я попал в рабство к людям.

– Как это произошло?

Волот молчал. Перед его мысленным взором снова всплыла картина давно прожитых дней.

На его почти замерзшее тело наткнулись погонщики собак – так волоты называли полудикие племена северных людей, использующих четырехногих домашних животных как тяговых волов. Погонщики собак катили на огромных санках в поисках редкой в тех местах дичи – снежных барсов, за мех которых южные купцы всегда давали хорошую цену. Но вместо дичи они наткнулись на припорошенный снегом бугор.

Сначала они подумали, что найденный ими волот мертв, но как только один изпогонщиков ткнул в укутанную в шкуры тушу копьем, волот замычал. Одиноких обитателей Волотарона, да еще за переделами родных земель, они отродясь не видали, поэтому решили забрать с собой и увезти в селение.

Отогревшись и придя в себя, Ибрагил обнаружил, что сидит в глубокой яме. Выбраться из нее оказалось невозможно – края были очень крутыми и скользкими.