Ключ Гиброима

— Я не особо прислушивался, в тот момент мои мысли занимал только Альмадин. Я взял лучших коней, самых опытных воинов и пошёл прямиком через пески, чтобы застать город врасплох. Вы знаете, как тяжек переход через эту смертоносную землю, мы берегли каждый глоток воды.

— Рисковый шаг, — заметила Дева.

— Добыча должна была с лихвой покрыть наш риск,— внушительно заявил Сигард. — И наши потери в конях и людях.

Разбойница широко распахнула глаза и округлила узкие губы. Она поняла его верно, может даже представила, как обидно терять добычу из-за каких-то… таких, как она… А ведь начнись сейчас битва, победа будет не на её стороне.

Он поймал её взгляд, рассчитывая найти в нём заискивание и испуг, но изумился, прочтя в карих глазах неприкрытое веселье и гордость.

— Я сожалею, что удача изменила тебе, — сказала она ровным голосом.— Позволь мне предложить сто дихремов за ключ и назначь сам цену за алялата. Может это немного покроет убытки?

Она потешалась над ним! Так не отвечали даже орки, запертые в Кроссборгском донжоне.

А ведь они поклялись умереть, но не сдаться. Не мигая, он смотрел на неё, касаясь перчаткой заросшего подбородка и гадал о причине. Это невероятная дерзость и наглость, или железная уверенность в своих силах? Он жаждал узнать ответ.

— Вот, что я скажу тебе… Ястреб. У старой крепости есть караван-сарай, где я дам войску отдых перед обратной дорогой. Ты можешь отправиться туда вслед за мной. Там поговорим и о воре, и о ключе, и о том, что может принести пользу лично тебе.

Она ответила не колеблясь.

— Можешь меня звать Сагмирой. Я приеду туда, Сигард Гантрам!

***

Тавантинское войско снова тронулось в путь. Солнце расплескивалось по железкам копий и шлемов, сухая земля гудела под тяжёлой поступью рыцарских лошадей…

Кто-то догонял Сигарда с хвоста колонны.

— Паршивые дети больной ослицы! Шакалы! Стервятники!

Барон повернул голову, разглядывая разгорячённого всадника, которым оказался Акъян-Деси, князь кайраков.

— Они отняли нашу добычу и были в наших руках! Почему ты их отпустил?!

«Потому, что я хочу знать истинную цену ключа, — мысленно ответил ему Сигард.

— А дыба не сделает Ястреба разговорчивее».

Ожидал ли он такой реакции, когда отпускал банду? Да, он знал, как воспримут это его компаньоны, но всё равно сделал. Это был странный порыв мгновения, как будто сам Десантарро вселился в него, завладел устами и помутил разум. Конечно, разбойница вызвала у него интерес, но не на столько чтобы простить ей пятьдесят тысяч.