Мёртвая тень

А с другой – как бы так убедить благоверного, что нашла ту вещь, без которой нам точно не прожить? Впрочем, я не так часто и не так много просила.

Толстый стражник из тех, что охраняют рынок, предупредил, что в окрестностях опять шастают ребята Хромого Кроля. Тот, по слухам, убежал с каторги и зол, как никогда до этого. Я только махнула рукой: пусть его. Сколько таких злобных нашли конец в петле палача. Какая-то терпеливо ждёт Кроля.

По центральной улице не пошла: терпеть не могу толкающихся и ругающихся последними словами горожан.

Пошла по Кошачьему переулку – самая короткая дорога в родные места. Правда имеются нюансы. Парочка этих самых нюансов встретилась мне шагов через двести. Стоило нырнуть под верёвку с бельём, как я увидела молодых парней в куртках болотного цвета, с капюшонами, опущенными на лица. Прикинула по ощущениям: у длинного тощего – ничего, серьёзнее дубины, а вот у плотного бычка похоже какая-то железяка.

Парни поднялись с крыльца дома, где сидели и уставились на меня из-под капюшонов. Переглянулись. Кажется, рожу высокого я уже где-то видела. Он тоже щурился, будто вспоминал.

Я шла вперёд, как будто ничего не происходило. А собственно, ничего такого и не происходило. Меня собирались грабить, может – насиловать. А я просто шла домой. 

Плотный полез за отворот куртки и тут высокий положил длинные пальцы на руку товарища и зафырчал, что тебе взбесившийся кошак.

Поэтому, когда проходила мимо, улыбнулась и спросила, как рука? Тощий, пребывая в каком-то ступоре, сказал, что рука зажила, но из кабака хозяин его прогнал и вообще, пришлось подтянуть поясок.

- Смотри, - сказала я, чуть задержавшись, - продолжишь заниматься этим, поясок могут затянуть на чём-то другом.

- Вали уже! – он ругнулся, но без особой злобы. – Один Вопрошающий, скоро отсюда линяем. Кроль, гад, всех выживает.

Короче, мы распрощались и домой я добралась без каких-то приключений. Вот правда под конец распроклятая корзина, Вопрошающий в неё вселился или как, стала такой тяжёлой, что чуть не оборвала обе руки. Я с трудом поставила её на порог дома и постучала в двери.

Из-за угла дома принесло Занозу: нашего пса – придурка, каких свет не видывал.