Капелька

Но при здравом размышлении успокоилась. В «Супреме» работают кто угодно, но только не дураки. Рисковать не будут, слишком тонкое дело, одна нелепая случайность и цель снова раствориться в городе без следа. Значит брать будут в море...

– Сударыня?

Нико не заметила подошедшего капитана. Тарасов переминался с ноги на ногу, похожий на провинившегося мальчишку.

– Я приказал освободить мою каюту, сударыня. Она полностью в вашем распоряжении.

– Не стоило, капитан, – Нико оценила жертву старого моряка. – Каюта вряд ли мне пригодиться.

– Почему?

– Предчувствие, – улыбнулась Нико. – Вы верите в интуицию, капитан?

– Я моряк, сударыня, и верю в самую разную чепуху. В Гнилой шторм, в несчастливую пятницу и свято верю, что женщина на судне приносит беду.

– А вот это вполне может быть, – совершенно серьезно кивнула Нико. В груди защемило. Правильно ли она поступает, ставя под угрозу жизни этих прекрасных людей? Неужели другого выхода нет?

– Капитан! – на нос забрался матрос. – Три корытины идут нам наперерез!

Вот оно.

– Извините, сударыня, служба, – Тарасов коснулся головного убора и утиной походкой ушел за матросом.

Нико устремила взгляд в темноту. За спиной переливалась огнями ночная Венеция: прекрасная, романтичная, смертельно опасная. Слева, справа и прямо по курсу в лунном свете скользили боевые корабли, зажимая маленькую шхуну в кольцо. До ближайшей громадины осталось саженей двести и громкий, искаженный жестяным рупором голос скомандовал:

– Эй, на «Ласточке»! Именем Светлейшей республики приказываю лечь в дрейф и приготовиться принять абордажную команду для досмотра!

Нико слышала, как загомонили матросы, как отрывисто и неразборчиво говорил капитан, и тогда она крикнула по-русски задорно и громко:

– Не останавливаться! Слышите? Только вперед!

На палубе поднялась суматоха, растворявшаяся в топоте ног и скрипе парусов.

– Сударыня... Матушка... Что происходит?

– Им нужна я, капитан, – отозвалась Нико.

– Как же это, как..., – Тарасов заглянул ей в глаза.

– Мы должны прорваться любой ценой.

– Они нас потопят!

– На все воля Божья, капитан.

Корабль-преследователь, идущий по правому борту озарился оранжевой вспышкой. Ядро со свистом рассекло воздух и взметнуло облако брызг чуть впереди.

– Предупредительный, – чуть заметно побледнел Тарасов.