Красный Камень Каррау. Каррау I

Остроносый ученик Эракана шагнул вперед, закрывая собой девушку. 

Историк выставил перед лицом «Эволюцию», закрываясь от брызг.

Нет, он ее уже держал. До взрыва.

Железо хлюпнуло на пол. Я успел отвести стеклянную шрапнель в сторону, перенаправить – отшвырнуть от детей, и она вонзилась в старую зеленую доску. 

Кабинет заполнила густая серная вонь. Пол вокруг разлившегося расплава коробился. Сам расплав, из грязного серо-зелено-желтого, превращался в кроваво-желтый. Миг, когда казалось, что желтизна победит – затем металл рассыпался ржавчиной.

Больше не железо. В луже быстро испаряющегося растворителя на полу стыли ржа и золото.

Ближе всех, кроме нас с Минли-Химиком, стояли ученики мага – и Историк. Единственный, кто успел закрыться объектом-щитом. 

Парень опустил “Эволюцию”. Я встретился с ним взглядом – и он побежал. 

Ученики стояли оцепеневшими. Историк был ближе к выходу и обогнал меня, выскочив из класса первым.

Я врезался в него на узком повороте коридора, впечатывая собой в стену. Схватил парня за руки – силой открывая ему ладони. Там, где он касался реактива, алели характерные воспаленные следы. Они будут жечь, уже жгут, проедая плоть – пока не достигнут костей. Боль прекратится, только когда крошки сухого растворителя, выходя наружу, протравят путь через всё тело – если он к этому дню не отгрызет себе от боли конечность .

– Кто тебе дал порошок?! – Я отпустил его руки и стукнул плечами о стену. – Откуда у тебя порошок?!

Парень оскалился – и ударил меня кулаков в живот. 

Отшвырнув от себя, к противоположной стороне коридора. В глазах почернело. Светло стало лишь для того, чтобы я увидел грязный пол у самого лица и, летящий в висок ботинок.

Я прикрыл голову – удар носка пришелся в локоть – руку захватила сухая судорога и онемение. Я не закричал только потому, что делал вдох.

Следующие удары – по ребрам, заставляя свернуться, чтобы защитить живот. 

– Убирайся… откуда... – Пинок, пинок, – Выполз, мразь! 

Я схватил его за щиколотку и дернул к себе, но он освободился и ткнул ботинком меня в грудь:

– Ты… ! – Историк шипел, а не кричал. Теплые брызги его слюны попали мне на лицо. – Ты, недостойная тварь! Всё испортил, всё испортил! 

Студенты высыпали в коридор – я видел обувь и колени между ударами.