Веркэт

— Как скажешь, — улыбнувшись, сказал Густольд, — ты не сердись на Александра, он ворчливый, но добрый. Умные люди иногда дурачатся, дураки постоянно умничают.

— Никто не любит чужеземцев, — сказал Бастет.

— Да, особенно тех, кто не похож на нас, — сказал он, но тут же его лицо стало серьёзным. — К слову... О купце... Я должен спасти её. Убить чудовище. Борис настойчивый человек, упёртый и... отец Беллы. Не убивай чудовище, прошу тебя, — он говорил неторопливо и искренно. — Только если я облажаюсь или если мне понадобится немного помочь, этому я буду рад.

Но не убивай. Я был главным стражником на службе у князя Киевского, служил верно и довольно. Как-то раз на рынке я увидел её — Беллу. Она очаровала меня. Она краше любой принцессы и очаровательней любой богини. Я увидел самую прекрасную деву на всей этой земле, поверь мне. Увидишь её, поймёшь. Короткие каштановые волосы. Маленькая, капризная и... настырная, как её отец. Знаешь, что я хочу больше всего? Жениться на ней, построить свою избу, завести прекрасных детей и не разлучаться с ней никогда. — Он лёг спиной на лошадь и, закрыв глаза, выдохнул: — Я спасу её. Спасу свою принцессу.

Они молчали. Через какое-то время Густольд выпрямился.

— Друзья зовут меня Гус. Иногда прелестный и часто великолепный.

Бастет посмотрел на него, тот вытянул шею, восхваляясь этим.

— Гогочешь и шипишь, Гусь?

— Нет, — теперь возмутился Густольд, — это неправильно, но ладно, я привык. Тебя как?

— Бастет, — спокойно сказал он.

— Так откуда ты? Куда путь держишь?

—Издалека, в далёкие места, — съехидничал Бастет.

— Ты убиваешь чудовищ? Избавляя этот мир от выродков магов, значит, ты чистишь этот мир от зла?

— Зло определяется не по внешности или облику, а по поступкам. Если монстр убьёт кого-то, то он монстр и его нужно убить. Но чаще всего опасность от них малая, они могут забрать тепло одного человека или нескольких. Большое зло таится в улыбчивых и красных людях, скрывающих свою злобу за идеалами или обыкновенным лизанием задницы.

— Получается, я плохой человек, потому что я улыбаюсь?

— Ты улыбаешься искренно, Густольд, это видно по твоим глазам. Это редкость в нашем мире, — сказал Бастет и холодно досказал: — У монстров глаза никогда не улыбаются.

— Ты амурский тигр? — резко спросил Густольд. — Все в деревне голосили об этом, и многие в отряде встревожены, что среди нас тигр из восточных сказаний.

— А что ты о нём знаешь? — поинтересовался Бастет, подумывая, какие слухи ходят о нём.