Веркэт

При зачатии ребёнка союз магов узнал о союзе чародейки и человека, и перед родителями стоял выбор: убить её и её дитя за нарушение межрасовых связей; либо убить человека и вписать имя ребёнка в великую книгу судеб, книгу созданных из корней Иггдрасиля, дав ему предназначение, — она села и опустила глаза.

— Князь выбрал второй вариант. Глупо, — сказал Бастет.

Она подняла глаза и посмотрела на него злобным взглядом. Пододвинула к нему бутыль.

— Он начал оборачиваться в волка и каждые семь дней утолял свой голод человеческим мясом.

Его мама... княгиня не хотела, чтоб узнали об его сущности, и не хотела, чтоб его убили. Она навела заклинание на своего сына, дав ему розу, и ей было сказано: та, кто полюбит монстра и растопит его ужасное сердце добром, снимет заклятие с замка, и его голод пропадёт навсегда. Освободит его из замка и всех слуг.

— Как я понял, слуги недавно закончились, и он вспомнил про заклятие и решил найти себе жёнушку в ближайшей деревне, — съехидничал Бастет.

— Да.

Он убил всех слуг, но тот, кто умрёт во дворце, останется в стенах замка. Со снятием заклятия всё вернётся обратно, — объяснила она и положила мешочек денег на стол, — тебе нужны деньги. Так возьми эти и не убивай принца в замке.

— Он убивает и продолжит убивать, это нужно прекратить. Не думаю, что кто-то полюбит чудовище, — сказал Бастет, — его нужно убить! Зло должно умереть.

Она скрестила бёдра и, посмотрев холодным взглядом, сказала:

— Так почему ты ещё жив... Веркэт. Какое твоё новое имя?

Ему не нравилось, когда его так называли.

Он молчал, но секунду спустя ответил.

—Бастет, — он вытянулся к ней лицом, — нужно было выбрать смерть.

Положил на стол несколько монет и взял бутыль с поллинием. Повернулся к ней спиной и вышел из избы.

4

Он присоединился к отряду, и они выдвинулись к замку. Путь должен был быть недолгим. Он закрепил бутыль в ячейке на бедре. Скакал он на лошади в конце строя. Густольд, находившийся в начале строя, медленно приблизился к Бастету.

— Скоро прибудем, около версты до замка, — сказал Густольд, тот промолчал. — Я не узнал твоё имя. Как тебя зовут, странник? — Бастет не ответил, он смотрел прямо, не обращая на него внимания. — Хм... У тебя не монгольские глаза, значит, эти доспехи ты украл, — не смотря на него, сказал Густольд. Бастета эти слова возмутили.

— Это не монгольские доспехи. Эти доспехи я заслужил упорным обучением у лучших мастеров, — Бастет взбеленился.