Особый приказ

Старый маг хотел заставить его подумать, но вместо этого окончательно укрепил Ваню в решении.

Раньше Умов воспринимал магию как нечто величественное, доступное лишь избранным. Однако, неожиданно оказалось, что эта сила может быть доступна и ему безо всякого дара – лишь благодаря светлой голове. Когда старик просто и буднично зажег огонек на своей ладони, Умов понял, что хочет колдовать и относиться к колдовству так же спокойно, как этот древний волшебник.

– Я готов, – твердо сказал Умов.

* * *

– Бронников этот – дурень, – Изяслав зачерпнул полную горсть холодной воды и с фырканьем принялся умываться.

– Мы вроде бы и так собирались туда вернуться, – подняв голову от кадки с водой, припомнил Умов.

– Ты только ему об этом не скажи. Пусть думает, что нам обязан.

– Толку-то от него?

– А ты подумай, – усмехнулся Изяслав. – По крайней мере, что-то он да делает хорошо. А тебе… нашу работу оценивают не по количеству осмотренных детей.

– Это да, – хмуро согласился Умов. – Еще бумаги на него писать.

– Вот и сдай его Бронникову. Я серьезно. И найди, что полезного для дела с него взять взамен. Тут тебе должно быть виднее.

Умов задумчиво кивнул в ответ.

Через полчаса отряд уже ехал цепочкой в направлении города. Могли бы выехать и быстрее, но задержались с мальчишкой – теперь Федька с гордым видом восседал на Зефире.

– Не мешай. Успеешь все узнать.

«Понятливый», – отметил Умов, когда Федька немедленно отстал с расспросами и пристроился позади. Ему и правда нужно было как следует поразмыслить, как минимум над двумя вопросами: как вести дальнейшие поиски и что именно потребовать с Бронникова. Понятно, что не деньги и не снаряжение – от предводителя местных магов можно получить ответную услугу, но какую бы? О чем-то действительно серьезном Иван просить не мог, и дело было даже не в секретности.

Как бы то ни было, теперь охотники уверились окончательно, что групп все-таки две: одна перешла Имию в районе Узоли, вторая – шла с северо-востока. И, скорее всего, они должны были встретиться. В то, что сразу две группы поганых оказались в одном месте случайно, никто, конечно же, не верил.