Особый приказ

Он покосился в сторону, туда, где бревна частокола торчали, как гнилые зубы, и почти мгновенно принял решение.

Он медленно вытянул руку – камешек, лежавший в десятке саженей от него, поднялся с земли с еле слышным звуком, а еще через секунду налился чистым белым сиянием. Не теряя времени, Умов отправил разгоревшийся светильник в полет, и там, в поле, попав в лучи света, на миг застыло нечто черное, тощее, размером с большую собаку. Застыло – и тут же, подскочив на месте, бросилось прочь, к лесу.

– Падальщик, – громко сказал Изяслав. – Только они так бегают. Видели, как он зад подбрасывал?

Умов хохотнул. Напряжение помаленьку отпускало его. Неизвестное чудище оказалось самым обычным падальщиком – одной из немногих тварей Нижнего мира, которых не боялись даже крестьяне.

– Бдите дальше, – распорядился Изяслав.

И Умов с Богданом добросовестно бдели еще полтора часа, которые тянулись невыносимо медленно. Перепуганный падальщик больше не появлялся, а кроме этой твари, за ночь к заброшенной деревне не пришел никто.

Когда их сменили, Умов накрылся плащом и почти сразу уснул под ясным ночным небом.

* * *

Их было чуть больше сорока – тринадцатилетних парней и девушек, прошедших отбор в Южной крепости. В бумагах они назывались просто: ученики.

Позавчера они приняли присягу, и на этом их подзатянувшееся детство закончилось – уже не писари, но еще не волшебники, даже не колдуны. Они влились в ряды Корпуса – присяга проводила черту между «до» и «после» – однако, никто из них не ждал, что жизнь тут же изменится.

И Ваня Умов, один из этих четырех с лишним десятков, не был исключением.

Но сейчас, стоя в каменном зале, он чувствовал, как нарастает напряжение в ожидании грядущих перемен. Перед строем учеников на возвышении стояли двое: Булатов и Седов. Каждого из них Умов видел лишь по несколько раз, и почти всегда издали. Алексей Михайлович Булатов, князь, архимаг, владыка Южной крепости, говорил:

– …Вас сочли достойными настоящей работы, – его вытянутое, обросшее длинной бородой лицо оставалось бесстрастным.

– Путь, на который вы ступили, долог и тяжел. Многие из вас сойдут с него прежде, чем получат синий кафтан. Лишь единицы пойдут дальше. Но как бы далеко вы ни зашли по этому пути, вы навсегда останетесь частью Корпуса. Частью того, что было создано самим кесарем небесным еще в те времена, когда он ходил среди людей.