Особый приказ

Важно, что даже лучшие могут умереть. Умов знает, что каждый так или иначе увидел на месте Страхова себя, и запомнит это ощущение на всю оставшуюся жизнь.

Все они упорно стараются не замечать, как Чернова остервенело крошит чучела на тренировках.

* * *

Смерть Страхова тянет за собой новые события, которые расходятся как круги по воде. По Крепости ползут разговоры. Не среди учеников – среди учителей. Для части из них эта смерть становится поводом свести счеты. Волшебники выясняют: пробелы в подготовке или трагическая случайность привела к гибели одного из лучших учеников курса.

Умов знает, что среди наставников находятся те, кто обсуждает с учениками не только смерть Страхова, но и других волшебников, саму систему обучения. От этих келейных разговоров, что пересказываются шепотом между учениками, попахивает чем-то грязным и постыдным. И дело не в том, что они обсуждают кого бы то ни было за глаза. Дело в том, что они не задаются вопросами – лишь высказывают чужие, заранее подготовленные ответы на мучившие их вопросы.

Чернова явно знает больше остальных, но молчит. И лишь единожды она вмешивается в общий разговор:

– На Реке кто-то гибнет каждый год, – говорит она своим противным резким голосом. – Иногда гибнут и лучшие, неважно, по какой причине. Если вам есть что сказать дельного, идите и скажите тем, кто вас учит. Если же хотите шептаться по углам – не стоит делать этого при мне.

И Умов только укрепляется в своем решении не остаться в стороне.

* * *

Умов проснулся в привычное время, ранним утром и пару минут лежал молча, возвращаясь в реальность из яркого, правдоподобного сна. Так и должно быть: после походов по чужой памяти в первом же сне будешь просматривать свою. Умов с шумом вдохнул. Сколько прошло с тех времен? Шесть лет? Иван помнил все эти события настолько ясно, будто еще вчера бегал с тяжелой пищалью под окрики деда Сидора.

Все эти воспоминания объединяло одно: всякий раз он выбирал невмешательство. Слишком долго, слишком многими ситуациями вырабатывалась эта привычка не лезть ни во что. И, в конце концов именно она сыграла с ним злую шутку: в те моменты, когда можно и нужно было вмешаться, он предпочел не рисковать. Не принимал на себя командование, когда мог – не существовало ни одной группы, что хоть раз работала под его руководством. За это он и поплатился.