Путь отречения. том 2 (II часть) Последняя воля

Произносить вслух имя отца было непривычно: при Кайле они с Элладом никогда не говорили о нем, и это осторожность так глубоко вросла в сознание, что перешагнуть через нее стало почти невозможно. — Доложите, что прибыл Поликарп, сын Лирамель Валлор, — наконец нашелся Поль с ответом и тихонько вздохнул, словно сбросив с плеч непосильный груз.

Удивленно глянув на него, палечник поклонился и, развернувшись, вошел в шатер. Поль тоже не стал ждать. Подойдя, он остановился напротив входа и, поскольку больше никакой охраны не было, отстегнул от пояса маленький кинжал, подаренный ему Параманом, и положил на землю.

Как принцу ему полагалось входить к генералу с оружием, но гонцу герцога, которым он представился, это не пристало. Будучи связан присягой матери, Поль не имел права представлять интересы дяди: это дало бы пищу слухам, а он и без них был слишком уязвим, поскольку Кайл открыто именовал его воспитанником. Но то было до того, как мать заявила о своих правах, теперь же любое нарушение традиций неминуемо бросало на Поля тень.

— Можете войти, князь ждет вас, — выйдя, офицер придержал полог. — Генерал скоро прибудет.

Пытаясь скрыть растерянность, Поль осторожно шагнул вперед. Увидеть дядю Кристиана он сейчас не предполагал, тем более у палатки не было выставлено никого из аллотаров. Как вести себя и что допустимо говорить, а о чем лучше смолчать — обо всем этом уже не было времени думать. Поликарп знал, что мать вполне доверяла брату и тот поддержал ее в трудный час. Однако некоторые высказывания дяди Карла, которые Поль слышал, когда спускался в темницу вместе с королем, вызывали серьезные опасения.

Внутри шатра было не просто тускло — почти темно. Плотная темная ткань не пропускала даже тот серый грозовой свет, который теплился снаружи. Полю пришлось остановиться и немного постоять, давая глазам привыкнуть. Одинокий факел, который горел у дальней стены возле низенького столика, выхватывал лишь сидевшего на подушках человека и большую пантеру, преданно льнущую к его ногам.

— Подойди ближе, — попросил князь, поманив его рукой.

Послушно сделав несколько шагов, Поликарп остановился в метре от столика. Дядя был похож на своего близнеца и не похож одновременно. Как и Карл, смотрел он прямо, но без прищура, и взгляд его был спокойным и даже добрым. Правда, последнее Поля обмануть уже не могло: Кайл тоже нередко глядел на их с Элладом забавы вполне миролюбиво, а затем мог легко отдать приказ повесить случайно обронившего поднос слугу.