Жажда магии

Вот только меня это умиротворение нисколько не коснулось, я вот уже несколько минут смотрел на жалкий кустик, который по заданию учителя должен был вырасти вширь и вверх, и с каждой минутой все больше терял терпение. Потому что это дрянное растение совершенно не желало делать то, о чем его просили. Оно с удовольствием и радостью жрало предоставляемую энергию, но при этом почти не изменялось.

— Молодец, Малфурион, ты отлично справляешься, — проговорил, как всегда, мудрым и удовлетворенным голосом Кенариус, и раздражение в моей душе подскочило на новую высоту.

Разумеется, Малфурион справляется, он ведь невероятно талантлив, у него все великолепно получается, и Тиранд смотрит на него чаще! Вот я снова увидел, как она посмотрела в сторону брата и радостно ему улыбнулась, и почти с физически ощутимой ненавистью уставился на проклятый бездной куст.

— Расти, тварь! — это я проговорил очень тихо, почти шепотом, так как не сомневался, что обращаться к растениям следует немного иначе.

Ответом мне был ярко вспыхнувший куст, обратившийся в пепел всего за мгновение. Определенно, результата я достиг и даже привлек внимание Тиранд, вот только не ее одной.

— Иллидан, что ты сделал? — голос Кенариуса больше не лучился добротой и участием, собственно, я уже давно заметил, что учитель любит растения и животных куда больше, чем эльфов, не случайно же ходили слухи о не совсем обычных пристрастиях полубога, результатами которых были дриады, кентавры и другие странные создания.

Так что нет ничего удивительного в том, что гибель какого-то кустика разозлила наставника.

— Разозлился, — коротко ответил я. Объяснять что-то не хотелось, так как я был абсолютно уверен в том, что учитель не поймет.

— Ты должен сдерживать свои эмоции, быть терпеливее, ведь только так ты сможешь освоить искусство друидизма. Понять природу, проникнуться ее красотой и спокойствием, ощутить биение жизни, желание и потребности растений, окружающего тебя мира, стать частью его.

Жизнь бесценна, и ты должен радоваться каждой ее частице, сопереживать ей, с радостью делиться с ней своей силой, и тогда она поделится ей с тобой…

Я задумчиво сидел на траве, подобранной веткой разгребая пепел от сгоревшего кустика, и делал вид, что слушал слова Кенариуса. Почему делал вид? Потому что такие лекции, или, правильней сказать, проповеди, я слушал уже не раз и не два, а, возможно, десятки, и все они повторяли друг друга.